Книга Новая жизнь, страница 91 – Юрий Киселев

— Ничего. Кто я такой, чтобы предлагать самому императору?

— Это вопрос или скрытое издевательство?

— Без комментариев.

— Вы, тан Рур, или слишком храбрый, или слишком глупый, если разговариваете с императором в таком тоне. Вы не боитесь?

— Чего? Смерти? Нет, не боюсь. Тогда какой смысл бояться чего-то ещё?

— Глупостью вы не страдаете. Об этом я уже проинформирован. Пусть ваша речь будет признаком храбрости. Я не возражаю. Давайте поговорим как равный с равным. Я слышал, что вы создали в клане Лерой какую-то особую школу, о которой в империи уже ходят легенды.

— Ваш слух вас не обманул.

— Ваши бойцы настолько хороши?

— Вы наверняка осведомлены о проведённых дуэлях между бойцами Лерой и бойцами Ойхо.

— Я только слышал, что вы устроили в резиденции Ойхо бойню и голыми руками перебили сотни бойцов Ойхо. Как и в день своего прибытия на Окану.

— В день своего прибытия на Окану меня пытались убить, и вам отлично об этом известно. Защищая свою жизнь, я имел право отправить к создателю всё население космопорта, так что возблагодарите мой гуманизм, что жертв оказалось так мало. А у Ойхо были вполне законные дуэли. И из сотен убитых бойцов Ойхо на моей совести всего одиннадцать. Остальных голыми руками, как вы только что выразились, перебил не я, а мои ученики.

— То есть вы научили бойцов Лерой своему искусству убивать голыми руками, и для этого создали школу?

— Я научил бойцов Лерой в первую очередь поступать так, как велит им собственная совесть. Уважать себя и считаться с мнением других. Защищать свою жизнь и защищать жизни тех, кто нам дорог и кто нам доверился. Умение убивать пришло к ним в качестве дополнения. Я не ставлю целью убийство, я вообще поклонник мирного разрешения конфликтов, но привык ударом отвечать на удар.

— А если этот удар вам нанесёт император?

— Без комментариев.

— Не слишком приятный для меня ответ.

— Этот ответ не нарушает закона и не оскорбляет императора.

— И не угрожает?

— В моём ответе нет ни слова угрозы в чей-либо адрес.

— Хорошо, не будем показывать друг другу своё умение жонглировать словами. Охотно верю, что вы владеете им в совершенстве. Скажите, вы не хотели бы работать на империю?

— Нет.

— Нет? Почему?

— В первую очередь, я не хочу служить тому, кому не доверяю.

— То есть вы не доверяете своему императору?

— Как я могу доверять человеку, хладнокровно разрешающему собственным подчинённым пытки беззащитной женщины?

— Я не припомню подобных случаев…

— Мне искренне жаль, что ныне здравствующий император, оказывается, страдает амнезией, и при этом ещё умудряется руководить империей.

— Если вы не приведёте факты, то я сочту это оскорблением.

— Вы хотите факты? Вам известна такая женщина, как матриарх клана Камэни, госпожа Айлинэри?

— Известна… Действительно, в отношении этой женщины было допущены некоторые нарушения законов, но я урегулировал с ней все вопросы. Госпожа Айлинэри Камэни не имеет претензий ни к империи, ни к своему императору.

— Чего нельзя сказать обо мне.

— А вы-то тут при чём?

— Ах, так ваша служба безопасности не всё вам про меня сообщила? Это огромное упущение с её стороны. А между тем у меня остались претензии и к империи, и к императору лично. Они до сих пор не урегулированы.

— Мы уже принесли вам свои извинения по поводу допущенной в отношении вас ошибки. Да, мы были неправы, пытаясь вас ликвидировать, но и вы несколько перестарались, отстаивая свою свободу и жизнь. Мы простили вам горы трупов, вы, думаю, сможете простить действия имперских служб, тем более что они ни в чём не виноваты, а просто выполняли свой долг, подчиняясь приказу. На тот момент, исходя из имеющейся у нас информации, действия бойцов считались правильными и стрельба — оправданной.