Книга Маугли 1. Конец отпуска, страница 20 – Павел Казаков

— Вы что делаете, мальчики? – откуда у женщин разного возраста настолько одинаковое слово? Интонации тоже один в один, как у супруги Семёныча.

— Да рады познакомиться просто, – я отпустил руку Николая. Очень надеюсь, что фраза получилась с брутальной интонацией, но я не специалист.

— Хорошего вечера! – Как ни в чём не бывало пожелал нам Николай, быстро взяв себя в руки.

Я открыл перед Наташей дверь, и мы вошли в «Снежную королеву». Быстро окинув взглядом приличных размеров зал, я понял, что просто отдохнуть уже не получится.

Обстановка клуба была выдержана в чёрно-белых тонах. Столики чёрные, диванчики и стулья белые. И наоборот. Чёрное и белое причудливо перетекали друг в друга. Взболтано, но не перемешано. Пол с хаотичными плавными переходами чёрно-белого. Дорогой пол, отметил я. Такие плавные переходы – это вам не ламинат. Да вообще, место дорогое. И людное. На танцполе тесно, музыка стандартно не тихая, на галерее, что шла вторым этажом опоясывая зал, тоже, вроде как, почти все столики заняты. И буквально в пяти метрах от нас стоял Елисей. Я к этому готовился, но, сука, оказался не готов.

— Елик, и ты здесь! – оказывается, они с Наташей знакомы.

— Привет, Наташ, – с улыбкой ответил белобрысый худой парень высокого роста, которого я могу убить прямо сейчас.

Я почувствовал себя очень и очень странно. Елисей посмотрел на меня, а я тут же наклонил голову, уставившись в пол. Почему-то я был абсолютно уверен, что, стоит мне посмотреть ему в глаза, он всё поймёт. Я могу убить его прямо сейчас! Прямо сейчас я могу его убить. Убить. Сейчас! Эта мысль казалась настолько правильной и важной, что заполнила весь разум. Уверен, если бы я продолжал смотреть на Елисея, то не удержался бы, чтобы побежать к нему с совсем не дружественными намерениями. Этого делать нельзя. Не сейчас. Я успокаивал себя, но было тяжело. В это время Наташа и Газецкий уже подошли к Елисею и поздоровались. Я всё также стоял на расстоянии пяти метров и не мог решить, подойти или выскочить из клуба. Кое-как я взял себя в руки и с грацией сломанного робота всё-таки подошёл. Тело реально слушалось меня очень плохо.

— Привет, я Леонид, – голос был как не мой, но никто вроде внимания не обратил, да и было достаточно громко.

— Елисей, – сказал Елисукасей и протянул руку. Меня начало потряхивать сильнее. Я вдруг невероятно отчётливо осознал, что вот он стоит рядом, худой, тонкая шея, и я сейчас без всяких особых приёмов могу эту шею сломать. Яркая и простая картинка. Пять секунд. Даже быстрее. Да я ему вообще голову оторву, пока кто-то успеет прийти на помощь.

Рука Елисея повисла в воздухе.

Ненадолго.

Я пожал его руку. Надеюсь, выглядело, будто ничего такого не происходит. Жму не сильно и не слабо. На сбои в моём поведении обратили внимание сразу Газецкий и Наташа. Оба увидели, что что-то не так.

— Пока ехали, что-то нехорошо стало. Где здесь туалет? – обратился я к Наташе, стараясь не смотреть на Елисея.

— Там! Точно всё хорошо? – указала в угол зала Наташа, совершенно искренне с заботой глядя на меня.

Её искренняя эмоция помогла мне переключиться на неё и немного успокоиться. Я взял себя в руки и буркнув:

— Всё нормально, просто укачало в машине, подташнивает, – быстрым шагом направился в туалет.