Книга Маугли 2. В поисках выхода, страница 131 – Павел Казаков

Акинак начинает двигаться опасно быстро, таких скоростей я у него не замечал, манипуляторы изгибаются, и моя интуиция неожиданно начинает бить тревогу. Чувствительность у меня сейчас на максимуме, и я умудряюсь то ли услышать то ли почувствовать знакомую вибрацию. В щупальца Акинака встроены Секаторы, и их лучи практически перечёркивают меня пополам. Выручает моя уже нечеловеческая реакция. Я прыгаю вверх и вперёд, продолжая стрелять, но уже по щупальцам. Тут эффект более заметный. От ударов пуль они как минимум дёргаются. Одна пуля попадает очень удачно, Секатор на правом манипуляторе перестаёт работать. Я приземляюсь и продолжаю сближение. Остаётся метров пять, как прямо из корпуса в меня выстреливает плёнка, такая же точно, как та, которой меня спеленал агент Лотор. Она успевает развернуться в круг диаметром метра три, обогнуть который я не успеваю.

Вытягиваю руки вперёд и сосредоточиваю огонь на последнем Секаторе, удаётся попасть и я влетаю в плёнку. Первые мгновения она ещё не стесняет движения, я делаю шаг, но на этом всё, мои ноги подкашиваются, и я лечу лицом вниз прямо под механические лапы Акинака. Из задней части его корпуса появляется ещё один манипулятор, наподобие скорпионьего хвоста со здоровенным клинком вместо жала на конце. Этот клинок летит вниз, чтобы пришпилить меня к земле. Я отмечаю это Восприятием, но при этом сосредоточен совсем на другом. Мне нужно мгновение неподвижности. Акинак не двигается, я же лечу на землю, а сверху опускается «жало». Упав, я дёргаюсь в сторону, но не успеваю это сделать быстро и бритвенной остроты лезвие пробивает мой плечевой сустав. Больно! Плевать! Я зафиксирован, у меня есть мгновение неподвижности. Я сосредоточиваюсь на том месте, которое я обозначил для себя как место нахождения тонгера.

Раз. Два. Три. Опустошение!

Акинак неподвижен. Я тоже. Будь он обычным человеком, сейчас бы уже упал, но тут передо мной робот. Никаких мышц, которые могут расслабиться, у него нет — он просто стоит. Да и слава богу. Если он пошевелится, лезвие его жалящего манипулятора, пришпилившее меня к земле, как букашку, раскромсает моё и без того покалеченное плечо. Как же больно! Но это терпимо, а что теперь делать? Акинак остановлен, Том поднимается с земли после того, как откатился в сторону от моих выстрелов, Крапива застыла возле люка. От боли тяжело соображать. Но что-то мне кажется в этой паузе неправильным.

Чёрт! Я не чувствую рядом бестелесного Акинака!

— Привет, Маугли, — звучит ироничный голос со стороны робота. — Не знаю, на что ты рассчитывал своей атакой, но, ты знаешь, не впечатляет. Реакция, конечно, у тебя выросла значительно, но для дуэли один на один со мной ты не дорос.

Чёрт! Я промазал! Но где тогда он прикреплён? Где его место обитания в этом теле?! Я молчу и сосредоточиваюсь на теле разглагольствующего робота.

Может быть, здесь? Опустошение!

Акинак даже не сбился с темпа речи, видимо мои попытки на него повлиять остаются для него незамеченными. Жизни в его деталях нет, поэтому он и не замечает попытки повлиять на живую составляющую. Он специально не шевелит лезвием своего манипулятора, чтобы не вызвать болевой шок, продолжает издеваться.

— Знаешь, Маугли, мы тут собирали твоих друзей и родственников, чтобы как следует повеселиться, и ты, конечно, не мог упустить это веселье. Ну что ж, присоединяйся. Вижу, Крапива с тобой?