Книга Маугли 3. Доверие и предательство, страница 116 – Павел Казаков

Смотрю по сторонам и делаю шаг не то чтобы к Новиковой, а якобы просто в дом, при этом «забыв» разуться. Немного обрусевшая имперка не могла не обратить внимание на такое хамское поведение и опустила глаза на грязные следы, которые я оставил на полу.

Самое время. Я максимально ускоряюсь и бью агентше в челюсть. Она не успевает уклониться, но успевает немного опустить голову, поэтому очень сильный удар всего лишь разбивает ей всмятку кожу щеки о зубы, но это поверхностная травма. Нет того ожидаемого отключения мозга, как при акцентированном попадании. Что мне её разбитая губа, если она в сознании и с пистолетом. Но в сознании — не значит хорошо соображает. Мне удалось её потрясти. Я не позволяю ей разорвать дистанцию и бью левой ногой ей по голени опорной ноги. Может, она и развивала тело, но она в любом случае легче меня. Удар её подкашивает, женщина падает. Япадаю на неё и хватаю за руку с пистолетом, выворачивая его из кисти. Бросаю Крапиве. Наваливаюсь сверху и выворачиваю руки.

— Лежать, сука! — практически рычу на русском, прижимая её к полу.

Агентша начинает извиваться. Она более-менее пришла в себя и пытается вырваться. Очень странные ощущения. Будто я борюсь с роботом в резиновом корпусе. Не может хиленькое на вид женское тельце развивать таких мощных усилий. Я еле её держу. И то за счёт того, что я хорошо воспользовался фактором неожиданности и сбил её на пол, где она и лежит на животе, но она вот-вот из-под меня выберется.

Сначала борьба идёт в тишине, но потом неожиданно Новикова издаёт громкий крик. Что-то типа «Риик!» Что-то на имперском, наверное, но я такого слова не знаю. Наверняка ничего цензурного. Новикова кричит тоже самое ещё раз, только ещё громче. На мат не очень похоже, а на что похоже, я не могу сказать, да и не до этих мне рассуждений.

Подскакивает Крапива и рукоятью пистолета с размаху бьёт агентшу по затылку. Кинетической энергии в этом ударе хватит, чтобы толстую доску проломить. Мозг имперки, наконец, понимает, чего от него хотят, и отключает тело. Новикова расслабляется в глубоком нокауте. Крапива быстро достаёт наручники и сковывает руки женщины за спиной. Второй парой связываем ноги. Третьей ноги и руки так, что тётка лежит прогнувшись. Спасибо Лотору за науку.

Фух! Вроде, получилось!

Я настолько сконцентрирован на том, чтобы удерживать даже потерявшую сознание женщину, что человек, выскочивший из коридора оказывается для меня полной неожиданностью. Восприятие ни у меня, ни у Крапивы в этом момент широкую площадь не сканировало. Вот и зря, блин.

Заскочивший мужик одет в рабочую уличную одежду. Ноги в резиновых сапогах испачканы в земле. Оружия в руках нет.

Крапива наводит на него пистолет и командует на русском:

— На пол! Быстро!

Мужик не спешит выполнять команду, стоит и пристально смотрит на Крапиву. Я не вижу в его взгляде страха. Крапива тоже испуганной не выглядит. Она смотрит на него, он на неё. Битва взглядов продолжается три секунды, после чего у Крапивы подкашиваются ноги, и она безвольной куклой валится на пол.

Сука!

Я перевожу взгляд на мужика, тот усмехается и смотрит на меня.

Я концентрируюсь. Опустоше… Свет гаснет, я отключаюсь.

Придя в себя, испытал то самое паническое чувство, когда не знаешь, сколько прошло времени. Все события, предшествующие моему падению, вспомнились мгновенно, а вот сколько я был в отключке — хрен его знает. Первым делом пошевелил руками. Не связан. Ура!