Книга Маугли 3. Доверие и предательство, страница 60 – Павел Казаков

Серые — менталисты. Телепаты, внушители, контролёры, иллюзионисты. В той или иной степени могли влиять на нематериальную сущность. Чёрный Ранг считался (но это не точно) принадлежащим к этой категории.

Всё это деление было достаточно условным, так как один человек мог иметь целый набор совершенно разных способностей. Можно быть и телекинетиком-менталистом, и электриком-морозильником. И так далее… Миллионы вариаций. Каждый обладатель Ранга имел доминирующий цвет и целый спектр прочих способностей. А диагностировать, какой у кого Ранг и какой силы, было возможно только после кучи тестов. Именно этим и занимался с нами доктор Ри. Он провёл все замеры, а потом наверняка через пару лет после устроенной нам обработки собирался протестировать нас ещё раз.

Статус Золотого Ранга можно было получить только после демонстрации серьёзной мощи. Каким бы ни был изначально цвет того или иного Ранга, он становился Золотым, когда показывал какую-то запредельную силу. Статус Чёрного Ранга можно было получить после полного устранения Золотого Ранга. То есть Золотой Ранг должен был исчезнуть навсегда, а не всплыть в каком-то новом теле с теми же способностями. Возможно, что настоящие Чёрные Ранги и были теми самыми палачами, которых панически боялся Том и огромная часть населения Империи, но я им точно не являлся. Моё Опустошение не тянуло на такой уровень.

Никаких «магических академий», где неофиты, открывшие у себя Ранги, могли развить свои способности под контролем заносчивых и бесконечно мудрых учителей, в Империи не было. Жаль. Мы бы с Крапивой дорого заплатили, чтобы нам встретился какой-нибудь имперский Дамблдор с набором инструкций по развитию способностей. Вообще, в Империи с прокачкой Рангов всё было печально. Это не поощрялось и даже наказывалось. Если у тебя были способности, то в обязательном порядке предписывалось сообщить о них и потом жить и не отсвечивать. Не дай бог тебя застанут за «беспричинной демонстрацией нестандартных навыков», это нарушает порядок и вызывает расстройство у прочего гражданского населения. То есть даже безобидные иллюзионисты не имели права без кучи разрешений работать фокусниками.

Вся эта информация была достаточно общеизвестна. Том нам её не предоставил, что только сильнее убеждало меня, что он на самом деле не хотел нам помогать.

Нам повезло, что в плен попали именно техники, так как они смогли дать реальные расклады, чего ждать от преследователей.

Мужик, который до приёма обезболивающих был очень насторожен и скрытен, после дозы лекарства стал также беззаботен и раскован, как и его напарник. Он нам и поведал, что режим стелс нашего бота очень качественный и что тюремные войска не обладают оборудованием, которое может его обнаружить. Это заставило нас вздохнуть с облегчением, но мужик тут же нас обломал:

— Зато сканеры прибывших поисковиков вас найдут в два счёта. Как только поймут, что нашу баранку сбил бот, а это будет очевидно как минимум по следам от стояночных опор, то будут искать именно этот тип транспорта. А все параметры вашего стелса и его принципы работы хорошо известны. Так что если наше руководство договорится о помощи в поиске непонятного бота, то вояки помогут.

— Понятно. А что за вояки? — поинтересовалась Крапива. — Это какие-то особые войска?