Книга Маугли 4, страница 72 – Павел Казаков

— Узнаю Власа! — весело прорычал справа Купидон. — У меня трое! Догоняй, неудачник!

Влас даже не пытался ничего крикнуть в ответ, так как Купидон уже летел на следующего противника.

Бойня продолжалась два часа. Дождевые черви одержали верх над защитниками крепости. Как они ни затягивали бой, как ни пытались показать, что у них нет никакого энтузиазма резать противника, избежать резни не удалось. Защитники атаковали так, будто каждый Дождевой Червь лично обидел их маму. Из-за этой своей непонятной агрессивности они и потерпели поражение. Но оставшиеся в живых двадцать пять Червей не могли гордиться этой победой. Да и горевать было рано. Было не до этого. Черви залатывали раны.

Из башни, ворота которой были выломаны Высшим, всё ещё доносился шум боя, но никто из Червей никакого любопытства не проявлял.

Влас, один из немногих оставшийся почти без ранений, обошёл крепость по кругу, сначала по внутреннему двору, потом взобравшись на стену. Увиденное ему понравилось. В это не верилось, но по всему выходило, что у него, наконец, появился шанс убить Высшего. Всего лишь шанс, но сегодня он был выше, чем когда-либо. И Влас был намерен его использовать.

Он не видел смысла дальше ждать. Но ждать пришлось.

Прошло не менее двух часов, прежде чем звуки боя в башне окончательно стихли. За это время двое умерли. Высший мог бы их спасти, но, когда он появился в воротах башни, было уже поздно.

Высший появился не один, рядом с ним шёл ещё один Высший.

Оба выглядели потрёпанными. Их считавшиеся неразрушимыми доспехи имели по несколько прорезей, а у Высшего, который нанял Червей, под прорезью в доспехах на груди была залитая чем-то прозрачным и блестящим свежая рана.

Незнакомый Высший был в чёрном матовом костюме, украшенном шипами. Он осмотрел двор и ухмыляясь произнёс:

— А у тебя неплохой отряд! Смотри как много их в живых осталось. Ты точно не мухлевал?

— Так можно будет в записи посмотреть. Обычный отряд, стандартный наём. Это ты у нас за плохого играешь, наверняка что-то дикое выдумал. Да? — ответил Высший, пришедший атаковать.

— Ну, да. Творчески вопрос решал. Когда с отрядом договаривался, вёл себя вызывающе, один из солдат не сдержался и рожу скривил, я отрубил ему руки и ноги, а потом подключил к нашей аптечке. Он жил ещё час после этого. Всё это на глазах у остальных. Потом поразвлёкся с его женой и дочкой. И их тоже порезал красочно. И всё это «в наказание за неуважение». Остальные всё видели, поэтому приказ «атаковать яростно» выполняли идеально. Иначе я обещал сделать тоже самое с их семьями. Видишь, вроде, мотивировал правильно, а не сработало…

— Я своим просто денег заплатил. Смысл напрягаться… Слушай, а эта аптечка просто неплохо так по голове бьёт! Прямо готов повторить миссию!

— Да, болеутоляющие тут с таким весёлым эффектом. Я выяснял, это обычные боевые наборы. Ты себя и чувствуешь, как должен чувствовать солдат, получивший ранение…

Влас стоял неподалёку и слушал даже не думающих говорить тихо Высших.

Ждать дальше не имело смысла.

— Высшие! — сделал шаг вперёд Влас и склонился в поклоне, присев на одно колено. — Выслушайте просьбу солдата!

— Чего тебе? — резко повернулся к нему «свой» Высший. Влас успел рассмотреть его сильно блестящие глаза за снятым забралом шлема.