Книга Вера стада, страница 7 – Джеймс С. А. Кори

«Я уже умерла, когда ты поцеловал его моими губами, – говорит Илси. – Все, что было между вами, – ложь».

В каком-то смысле это так, а в каком-то – нет. Рой не мог обнаружить перед Дафидом некоторые аспекты своего «я», хотя из воспоминаний трех людей вывел истину: даже самое романтическое совокупление не бывает предельно честным, если предельная честность вообще возможна.

«Рационализация, – говорит Джеллит. – Ты скрываешься в тылу врага и оправдываешь этим любые свои деяния, даже самые ужасные. Бедный герой, как тебе тяжело!»

Но рой, впервые обретший сознание, не обладал способностями, нужными для любви. Все, что он знает о любви, о сексе, о сердечных затруднениях, он взял у Илси Янин. Из ее тела, из ее разума. Его влекло к мужчинам точно так же, как ее. И все было так же сложно, как у нее. Занимаясь любовью, он закидывал руки, потому что ей так нравилось, он прижимал Дафида, потому что этого требовала ее жажда, впускал Дафида в ее плоть с самолюбивой радостью, не свойственной изначальному рою, хотя теперь она в нем поселилась.

«Нельзя ли без этого, пожалуйста», – говорит Илси, и рой ощущает ее стыд и унижение, словно она стоит перед ним совершенно голая – и перед Эмир с Джеллитом. Рой поднимается на цыпочки, как делал, волнуясь, Джеллит. Это естественное движение. Бессознательное. Рой утомлен, и рубаха, произведенная механизмами карриксов для подданных-людей, липнет к спине от дневного пота.

Сегодня он сообщит о себе Дафиду, расскажет ему все, что скрывал, – но не так. Он очистится телесно, а уж затем придет эмоциональное и метафорическое очищение. Рой говорит себе, что оно не замедлит явиться.

После душа рой стоит голым перед узким зеркалом, оценивая занятое им тело. Его клетки, его строение по большей части унаследованы от Джеллита. Шрам на боку – от происшествия, которое случилось с Джеллитом в детстве. Тот, что на бедре, – от насилия, испытанного в плену у карриксов. Ядерный код ДНК – в основном врожденный, от Джеллита. Суперструктура роя направляет Джеллита и распоряжается им, давая телу возможность стать тем, чем ему предназначено стать: подслушивающим устройством, передатчиком, химическим анализатором. Все эти стороны его бытия сейчас представляются маловажными.

Он берет свежую одежду, вскрывает восковую упаковку и натягивает штаны и рубаху – точно такие же, как прежде, те, что другие ожидают на нем увидеть. В зеркале он выглядит… красивым? Миловидным? Он улыбается улыбкой Джеллита. И улыбкой Илси, хотя она играет на губах Джеллита. Это другая улыбка.

— Хорошо, – говорит он вслух. – Пора.

* * *

Войдя в комнату, рой сразу понимает: Дафид в отчаянии. Оно сквозит в запахе его кожи, в позе, в чертах лица и в еле слышном вдохе, означающем, что мыслями он не здесь.

— Трудно пришлось с начальством? – спрашивает он голосом Джеллита.

Дафид улыбается – коротко, но искренне.

— Да, новые проблемы. Ума не приложу, что делать.

— Хочешь об этом поговорить?

Дафид, пожав плечами, садится к столу. Столики в его кухонном уголке – из черного ламината, а кресла – чуточку шире и выше, чем надо. От этого сидящие в них люди выглядят детьми.

— Все было проще, пока была… не знаю. Надежда? Иногда мне казалось, что надежда есть.

Сердце роя сжимается. Это о нем. Это о той минуте, когда он сообщил о себе и о великой войне, которую ведет. Когда нашелся союзник в борьбе против карриксов. Для него это было чудом, и снова будет чудом. Рой набирает воздуха в грудь.