Книга Милость богов, страница 132 – Джеймс С. А. Кори

— Что-то случилось? – спросил Дафид. – В смысле, ты выглядишь… не знаю.

— Будто что-то случилось? – спросила она дразнящим голосом нежной, насмешливой скрипки.

— Ну да…

Взгляд ее смягчился, на губах появилась слабая горестная улыбка.

— Хотела бы я все тебе высказать. Даже самое тяжелое.

— Я для того здесь и есть. Только это мне и надо.

Улыбка стала шире и сложнее – и еще более дразнящей.

— Не только.

— Не только. Но и это тоже.

Прошло что-то большое, заслонив лившийся сверху свет. Тень упала и исчезла. Илси снова обхватила его ладонь.

— Я не принесу тебе ничего хорошего, – сказала она. – Я не сделаю тебя счастливым.

— Уже сделала. Слушай, я понимаю, у нас мало свободы. Большая часть нашей жизни неподвластна нам. Но сколько свободы есть? Сколько мы можем добыть? Вот чего я хочу. Разумно?

— Не совсем. – она покачала головой. – Хотела сказать, мы не совсем уж бессильны. Всего лишь… большей частью.

— Глубокая и тонкая разница.

Он вырвал у нее улыбку. Победа!

— Я не то, что ты думаешь, Дафид.

— Я рад буду тебя узнать. Узнавать снова, и снова, и снова.

Она засмеялась:

— О, ты сам не знаешь, что говоришь.

— Я влюблен. С влюбленными всегда так.

Ее пальцы тепло коснулись его щеки, но улыбка снова стала горестной. Она отвлеклась на кого-то в толпе, и настроение этой минуты пропало. Илси подалась вперед и указала подбородком куда-то вправо.

— Это не… наш библиотекарь?

Сквозь толпу в окружении рак-хундов двигался каррикс. Инопланетяне дюжины видов разбегались, шарахались с его дороги. Дафид узнал его – по походке, по цвету, так же уверенно, как узнают по лицу человека. Библиотекарь людской доли.

Вместо ответа он поднялся на ноги. Илси тоже встала и пошла за ним вдоль соборной стены с полудюжиной ниш. Библиотекарь тяжело передвигал массивные передние конечности, брюшная часть спешила следом. Неизвестно почему Дафид решил, что ученый каррикс чем-то доволен. Через несколько минут тот свернул к одному из участков стены.

К знакомому участку.

Около устья ниши пьющих ночью его ждал другой каррикс, крупнее всех, виденных Дафидом. На его голове недоставало широкого клина, будто в детстве кто-то вырвал ему клок мяса. Пьющие ночью – маленькие, пернато-мохнатые, янтарноглазые – выскакивали из дыр в складчатой губке, как сумасшедшие кидались в толпу и снова скрывались в стене. Дафид взял квадрат-переводчик и нацелил его в ту сторону, где раздавалась какофония визгов. Аппаратик молчал. При виде библиотекаря тот, что имел отметину на голове, пригнулся, растопырив темные мощные конечности и припав к полу. Странно было видеть каррикса, выказывающего покорность. Все равно что увидеть голым и беззащитным собственного отца. Пьющие ночью заспешили к униженному карриксу и затеребили воздух, словно могли усилием воли заставить его подняться и распрямиться.

— Наверняка ничего хорошего, – шепнула Илси. Дафид покачал головой, не понимая, что хочет сказать: «Наверняка так» или «Не знаю». Он вроде бы уловил басовитое чириканье и трели речи карриксов, хотя среди такого шума это могло ему почудиться, а переводчик и не думал переводить. Другие инопланетяне останавливались, чтобы посмотреть. Постепенно собиралась толпа, образуя круг, вроде того, что всегда возникал вокруг драчунов на школьном дворе. Дафид взял Илси за руку и провел ее мимо теснившихся тел. Свод над ними отзывался эхом нечеловеческих голосов. Что бы это ни значило, он должен был увидеть.