Книга Милость богов, страница 93 – Джеймс С. А. Кори

Там, где ниша выходила в соборный зал, стояли Дафид с Рикаром – как охранники на месте преступления. Кампар отметил про себя, что Тоннер не возражает против возвращения паршивой овцы в стадо. Расчет на будущее для каждого из них изменился. Как именно, он еще не понял – не считая радостей, доставляемых эвакуацией оборудования в военное время.

— Ты готов? – спросил Тоннер: не то чтобы резко, но и не без этого.

— Будто для того и родился, – ответил Кампар. Он повернулся, втиснул кончики пальцев в щелку между креплением центрифуги и прилавком, выждал, пока Тоннер досчитает до трех. Они дружно навалились, и плоть рабочего пространства заскрипела под их напором. Тоннер тихо и неумолчно сыпал непристойностями, будто они прибавляли ему сил. Кампар просто тянул…

С треском, какой издает отломившаяся живая ветка, центрифуга высвободилась и завалилась набок. Остальное оборудование уже вынесли, на его месте зияли дыры, как от вырванных зубов. Кампар хихикнул – невзирая на обстоятельства, по жилам потекла тонкая струйка победного восторга. Невзирая на обстоятельства.

Вспомнив о темной истории принудительных работ, он стал гадать, всегда ли были жертвы, гордившиеся своими достижениями. И не знал, какой ответ будет огорчительнее.

— Эй, там! – вскрикнул Дафид, шагнув вперед. Кампар встал на ноги, словно поднятый невидимой рукой. Сжались кулаки, голос в голове на минуту смолк. Он выступил вперед, не думая ни о чем, кроме предстоящей схватки… Только там не было никаких пьющих ночью. Дафид тыкал пальцем в табун покрытых хитином животных величиной с лошадь – тех, у которых суставы искрили зелеными разрядами. Животные отступали в широкий зал. Покосившись на Рикара, Кампар увидел на его лице усталость и злость – то же, что испытывал он сам.

— У них такой же, – сказал Дафид. – У одной костяной лошадки был переводчик. Не только у охраны.

— Очаровательно, – кивнул Кампар. – Но нельзя ли без внезапных выкриков, когда я только и жду, что ввалятся мартышки с бомбой? У меня слабое сердце.

К чести молодого ассистента, тот виновато понурился.

Опора прилавка состояла из кристаллов и волокон: более хрупкие, чем коралл, они тем не менее могли сгодиться. Кампар и Рикар насобирали разных материалов, чтобы изготовить лямки для переноски грузов. Теперь они вдвоем набросили лямки на плечи и разогнули колени. Рикар застонал, словно подслушал внутренний стон товарища.

— Это не центрифуга, – сказал Кампар. – Стойки для образцов.

— От этого не легче.

— Ладно, вы оба, – вмешался Тоннер. – Давайте двигаться. Мне неохота здесь торчать.

Они двинулись. Разборка лаборатории заняла все утро. Джессин не смогла встать с постели, а Синния отказалась участвовать, даже теперь. Илси помогала во время первых рейсов, потом осталась распутывать силовой кабель для резонансного анализатора. Образцы пропали, все до единого, а чтобы вытащить словарь протеомов, требовались дополнительные инструменты. Но они спасли больше лабораторных записей и отчетов, чем он рассчитывал. Могло быть хуже. Правда, хуже того, что случилось с Иринной, не могло быть ничего.

— Поворачиваем налево от меня, – предупредил Рикар. – Ты как? Передохнуть не надо?

— Давай уж заканчивать, – отдуваясь, выдавил Кампар. – Не знать мне покоя, пока не окажемся за крепостной стеной.