Книга Кланы вне закона, страница 147 – Евгений Ренгач

— Что ты творишь, грязный ублюдок?! – слабым голоском проблеял Отец Джун.

— Это не я! – прокричал я в ответ. – Я вообще ничего не сделал!

— Тогда кто?! – рявкнул Отец.

Ответ пришёл откуда его не ждали.

— Вы поддались гневу и нарушили условия Клятвы! Попытались нанести Касу вред до истечения времени, предоставленного для уплаты долга! – произнесла Анна, делая шаг вперёд и становясь рядом со мной. Вид ощетинившихся оружием Головорезов её не смущал.

— Что ты несёшь, девочка?! – простонал Отец, безуспешно пытаясь подняться на ноги.

— Вы с Касом заключили Клятву, согласно которой вы сохранили ему жизнь при условии, что он принесёт вам двести золотых по истечении одного месяца! – спокойным ровным голосом ответила ему она. – Сегодня, когда вы потеряли голову, вы попытались его убить. Вы решили, что имеете на это право, раз он вас унизил. Но это не так! Это было прямым нарушением Клятвы. А у неё, как известно, есть своя собственная цена. Если вы попытаетесь её нарушить, вас ждёт неминуемая смерть. Так что то, с чем вы сегодня столкнулись, всего лишь небольшое напоминание о том, что с вами случится, если вы навредите Касу!

Все вокруг притихли. Даже Отец Джун перестал хрипеть. Все осмысливали сказанное. Я же мысленно ругал себя самыми грязными словами. Я же знал, что Клятва – двустороннее обещание! Знал, что у Отца есть обязанности передо мной и что он не может нанести мне вред раньше положенного срока. И всё равно я почему-то напрочь об этом сегодня забыл!

— Но этот хум меня предал! – в бессильной ярости проревел Отец Джун.

— Это вы так думаете! – легко повела изящными плечиками Анна. – Клятве на это наплевать. Для неё вы – нарушитель. Таковы законы Вселенной!

Она говорила спокойно и достаточно вежливо, но в каждом её слове чувствовалась наглость. Непозволительная в присутствии Отца Джуна наглость! Она его совсем не боялась! И он почему-то не предпринимал никаких действий, чтобы её наказать. Мне бы такой тон Отец точно не простил.

Но Анна в этом доме явно позволялось куда больше, чем мне.

Одеяние Отца Джуна ожило и, став плотным и твёрдым, поставило его ноги. Он выглядел слабым и измождённым и наверняка бы упал, если бы не поддержка его живого костюма. Он казался жалким, но я понимал, что каким бы слабым и беспомощным он сейчас ни казался, у него была сила, о которой я пока ничего не подозревал, и наверняка припасено немало тузов в рукавах. И это если не считать готовых убивать за него Головорезов! Вооружённый топором Фрог смотрел на меня так, что у меня не было сомнений – если дадут приказ, он первым же перережет мне глотку. Причём с удовольствием!

Отец Джун, раскачиваясь на подпорках из своего одеяния, несколько секунд буравил меня взглядом, а затем развернулся. Головорезы во главе с Тором потянулись за ним следом.

— Одна неделя, грязный хум… Одна неделя, и тогда я буду вправе тебя убить! – услышал я его тихий вкрадчивый шёпот.

Это я знал и без него, и сейчас, когда он наконец-то на меня не смотрел, я наконец-то прислонился к стене, с трудом выравнивая дыхание. За те пару минут, что он меня держал, он умудрился оставить на мне столько синяков и порезов, сколько я не получил в Хавоке за всё время пребывания здесь. И это ещё не считая ожога во всю спину!