Книга Ген древних, страница 102 – Андрей Uknown Ефремов

Пси-сканер высвечивал достаточно много засветок, но развитые заражённые больше не спешили бездумно выскакивать под крупнокалиберные пули, причём они удерживали от агрессии и подконтрольных им менее прокачанных тварей. Самое интересное, что мне удалось зафиксировать стычки между разными группами мутантов. Похоже, бушующий в черепушках изменённых людей шторм начал стихать, и на Земле начала образовываться собственная экосистема, совершенно не контролируемая нейросами.

Я могу ошибаться, но похоже, что пришельцы сами оказались заложниками случившегося. Судя по данным Синта, они стремились приземлиться в наиболее крупных городах мира, чтобы обеспечить себя огромным количеством рабов, но если наблюдаемые нами процессы происходят по всей планете и нейросы не имеют неограниченной власти над заражёнными, то развитие врагов сильно замедлится.

Им придётся практически всё делать своими руками и одновременно отражать атаки вышедших из-под контроля заражённых. Не думаю, что это для них будет сложно, всё же технологическое превосходство нейросов неоспоримо, но их очень мало, а для наращивания численности нужны живая планета и время. Теперь, когда я могу подключаться к полной версии обширной базы данных, собранной Первым, то знаю, как размножаются нейросы.

Процесс этот, надо признаться, крайне пренеприятный, и любому, кто знаком со всеми тонкостями, станет понятно, что эта раса была выведена искусственно. Первый был далеко не глуп и понимал, что ройсы могут в будущем восстать против своих создателей, и поэтому за основу взял организацию иерархии власти инсектоидов. До начала войны таких рас на разных этапах развития в нашей галактике было порядка тридцати. У всех инсектоидов существует единый лидер, королева, ну или матка, и подчинение ей заложено на генетическом уровне. Первый полагал, что полностью подконтрольный вожак является гарантией лояльности всей популяции, но просчитался.

Симбионт снабжал своих подопечных информацией о самых передовых достижениях науки со всех уголков нашей галактики, и ройсы очень быстро развивались и умножали свою численность. Для этих целей у пришельцев есть специальные инкубаторы-фермы, для функционирования которых, помимо энергии, нужно очень много органики. Именно с этой целью на атакованных планетах создаются многочисленные кладки гнарглов. По сути, они являются кормовой базой для биореакторов.

Самое печальное, что для порабощения планеты не нужно тратить много сил. Достаточно провернуть примерно такую же схему, как и на Земле. Внедрить мутаген и распылить по поверхности планеты кладки с яйцами гнарглов, и мутировавшее население сделает всю работу, а для противостояния более технологически развитым цивилизациям есть современный космический флот, усиленный нейроэнергией симбионтов.

В биоферме эмбрион нейроса должен созревать три месяца, но проблема в том, что из инкубатора появляются уже взрослые особи, которым при помощи ментограмм внедряются определённые навыки. Если нейросы смогли организовать такие фермы в больших городах, то скоро на Земле появится очень много врагов, причём все они будут обладать возможностью оперировать с нейроэнергией и будут опасны даже вне зависимости от наличия высокотехнологического снаряжения.

От размышлений меня отвлекли множественные засветки в промзоне посёлка. Причём, судя по образам, на складах засели иммунные, которых пытались оттуда выковырять около сотни заражённых. Выстрелов не слышно, значит, оружия у иммунных либо нет совсем, либо тупо закончились патроны.