Книга Ген древних, страница 151 – Андрей Uknown Ефремов

Также я решил оставить на базе двух бойцов с активированным геном древних. Псионики анклаву необходимы, и, если мы не вернёмся, люди не останутся без опытных и сильных защитников.

Техникам было некогда совершенствовать боевые навыки, поэтому пользы от них в бою будет мало, так что почти все остались на базе. Исключением была, естественно, Вика. Девушка умудрялась держать самый высокий уровень темпа крафта и не пропускать практически ни одной тренировки, что позволило вывести её боевую подготовку на весьма приличный уровень. Вика твёрдо решила идти вместе с нами, и отговаривать её не было смысла.

С сестрой последнее время я виделся редко, но всякий раз, когда наши глаза случайно встречались, я мог прочитать в них страх даже без активации пси-способностей. Для нормального разговора просто не оставалось времени. Сроки начала рейда поджимали, и каждую свободную минуту мы тратили, чтобы максимально отшлифовать детали предстоящей операции, поэтому прощание получилось скомканным. Юлька попросила меня вернуться живым, а я пообещал, что сделаю всё возможное и невозможное, чтобы выполнить её просьбу.

Выдвигаться решили с рассветом. Действовать ночью не было никакого смысла. У всех врагов прокачаны модификации глаз, так что преимуществ тёмное время суток нам не даёт. Днём же, наоборот, отлично видно противника, да и солнечные лучи придают райхорианцам сил.

До места падения флагмана нейросов примерно 120 километров. Чуть больше половины пути мы прошли на максимальной скорости, но потом пришлось замедлиться, чтобы сильный встречный поток ветра не демаскировал наше передвижение.

Я старался не обращать внимания на многочисленные пожары и огромное число заражённых, снующих по опустевшим городам и деревням, но получалось плохо. Периодически в поле сканирования попадали большие стаи гнарглов, которые к этому времени успели отожраться до стадии взрослой особи и достигали размеров крупного быка. Я отметил, что даже заражённые высоких стадий трансмутации опасались появляться в зоне контроля стаи, а уж про людей и говорить нечего.

Небольшие анклавы иммунных тоже встречались, и Симба сразу передавала координаты Воронцову. Со временем мы постараемся наладить с ними связь либо уничтожим, если люди окажутся бандитами.

Чем ближе мы приближались к Москве, тем меньше таких анклавов встречалось на нашем пути. В принципе, это логично. До вторжения нейросов в окрестностях Москвы проживало очень много народу, и практически все превратились в зомбаков. Выжить в таких условиях было практически нереально.

Отринув грустные мысли, сосредоточился на деле. У нас есть возможность изменить расклад сил и предоставить людям шанс выжить. Да, убить всех заражённых мы не сможем, но ограничить их развитие, заблокировав модуль трансмутации органики, вполне. Нужно лишь добраться до соответствующего оборудования на флагманском линкоре.

Окраины Москвы сильно изменились. Я не часто бывал в столице и плохо её знал, но вид практически полностью выгоревших многоэтажек и даже небоскрёбов угнетал. Район падения флагмана изучили по спутниковым картам, которые вытащила из автомобильных навигаторов Симба. Район открытый и хорошо просматриваемый, и это хорошо.

Флагман рухнул у метро “Университет”, неподалёку от высотки МГУ. Прежде чем остановиться рядом с памятником Ломоносову, он пропахал брюхом несколько километров и снёс по пути множество зданий, в том числе и музей МГУ. Впрочем, сейчас его на месте уже не было, уничтожили нейросы, как и практически весь парк. Они могут перерабатывать даже древесину и словно саранча уничтожают всё на своём пути.