Книга Алый шторм, страница 136 – Андрей Uknown Ефремов

— Короче, Синт. К чему ты клонишь? — поторопил симбионта я.

— Ещё одной неотъемлемой частью аварийного оборудования является нейробур, — не обратив внимания на мои слова, продолжил говорить Синт голосом профессора, читающего лекцию своим студентам. — Планет в галактике много, а при нештатной посадке может случиться всё что угодно. Устройство может плавить любую породу, даже самые прочные разновидности камня. Во время работы ненужный шлак преобразуется в энергию, а полезные микроэлементы, которые можно будет использовать для синтеза нейрокристаллов, поступают в специальное хранилище устройства. Добыча металлов происходит сложнее, но принцип тот же. При помощи сканера и нейробура можно очень быстро создать подземный город, где будет достаточно места для тренировочного полигона, да и альтернативные точки выхода нужны.

— Идея отличная, — оценил я. — Но как быть с вентиляцией, грунтовыми водами, да и вообще насколько такие тоннели надёжные? Нас не завалит тоннами грунта?

— Затопления и обрушения можно не бояться. Ты же видел, что стало с землёй в точке падения спасательной капсулы. Нейробур работает по тому же принципу. При контакте с определённым спектром нейроэнергии грунт, из которого принудительно изъяли все микроэлементы, приобретает прочность металла. Устройство укрепляет стенки тоннеля на несколько метров. Плюс можно оставлять колонны-подпорки, по принципу земных шахт. С воздухом тоже проблем не возникнет. Добытые микроэлементы устройство прессует в кристаллы, которые оператор должен разместить через каждые десять метров. При правильной настройке они будут потреблять углекислый газ и вырабатывать кислород, а также выполнять осветительную функцию. На это требуется совсем немного энергии, и перезаряжать их нужно всего раз в земной месяц. Но у нас есть техник, Вика может соединить все кристаллы нейроэнергетической нитью и подключить её к накопителю капсулы, тогда проблема с перезарядкой исчезнет.

Как много мы ещё не знаем о технологиях пришельцев! Для меня все эти нейроэнергетические примочки воспринимаются больше как магия, нежели продвинутая технология.

— Именно поэтому я и сформировал название специализации нейромаг, — вновь подслушал мои мысли Синт. — Для каждой разумной расы симбионты адаптируют названия, исходя из степени развитости цивилизации. В данный момент кажется, что люди в самом начале своего развития, хотя, скорее всего, это не так. Уж слишком необычный у вас генетический код. У меня было время тщательно его проанализировать. Вы используете потенциал своего мозга лишь на 15 % от возможного. Вы как будто забыли большую часть своих былых возможностей и начали своё развитие заново, но информация о том периоде не исчезла полностью, а была закодирована и скрыта.

— И это у всех так? — заинтересованно спросил я.

— В большей или меньшей степени да, — немного подумав, ответил Синт. — У вас с Андреем, как носителей полноценного гена древних, эта особенность выражена особенно сильно. У других иммунных мне удалось выявить лишь остаточные следы загадочного гена. Скорее всего, за счёт этого они и получили свою невосприимчивость к нейровирусу. Я пересмотрел свою теорию. С большой вероятностью Земля не является ни родной планетой древних, ни их колонией. В этом случае концентрация носителей древнего гена была бы гораздо выше, даже учитывая факт времени, а его прошло немало, древние жили задолго до появления симбионтов. Причём в бессознательном периоде становления расы, а мы считаемся одной из старейших форм жизни в нашей галактике. Скорее всего, на планете оказалось некоторое количество древних, когда на Земле уже зародилась жизнь. Возможно, их корабль потерпел крушение или случилась какая другая нештатная ситуация, сейчас судить об этом сложно, но они были вынуждены остаться и так и не нашли способ покинуть планету. Со временем они ассимилировались с местными, и их гены растворились в популяции, либо они исчерпали ресурсы корабля и деградировали, теорий можно построить довольно много.