Книга Все останется между нами, страница 125 – Адриана Максимова

— Я понимаю, — сказал Антон и это было правдой. Но это не значило, что ему от этого понимания стало легче.

— Ты сейчас должен заботиться о себе. Я нашла тебе адвоката. Уже поговорила с ним, и он готов взяться за твое дело, — сказала Таис и ее голос стал чуть бодрее. — Мы справимся.

Ее слова вселили в Антона уверенность, что у них есть шанс, и теперь он был готов свернуть горы, чтобы снова быть с Таей. Он устал и закрыл глаза. Словно почувствовав его состояние, Таис закончила разговор.

Антон шел по тюремному коридору. До суда он должен будет провести время в заключении. Это пугало его, хотя адвокат, которого нашла Таис, заверил его, что у них неплохие шансы на то, что его самооборону признают допустимой. Ник ворвался на его территорию и это давало ему возможность на смягчение приговора.

Тяжелая дверь открылась, и Антон оказался в камере. Он старался сохранять спокойствие, но он не знал правил этой жизни и опасался своим незнанием навредить себе. Помимо него в камере уже было трое.

— Добрый день, — поздоровался Антон. На его приветствие никто не ответил. В его сторону даже не посмотрели, словно он был призраком. Здесь так принято? Или он сделал что-то не так? Антон не знал этого. Осторожно, чтобы не вызвать раздражения, он посмотрел на своих сокамерников. Самому старшему было около пятидесяти. У него было красное лицо, светлые волосы с налетом выгоревшей рыжины. На лбу — два тонких шрама, от уголка глаза через всю щеку — еще один, похожий на росчерк шпаги. Взгляд хитрый, оценивающий, в котором было что — то птичье. Другой был ровесником Антона, нервный парень, который не мог спокойно сидеть на месте, то и дело вертелся, трогал лицо, приглаживал волосы и за это получал подзатыльники от самого молодого из троицы. Нервно смеялся, замирал на мгновение и принимался за старое. Антон задержал взгляд на том, кто был младше всех. Крепкий, мускулистый, с коротким ежиком на голове и загорелой кожей, он резко выделялся на фоне двух других. В нем чувствовалась наглость и духовная сила, но назвать здешним лидером его было нельзя. Брагину подумалось, либо он новичок в криминальных делах, либо попал сюда случайно.

До конца дня с ним никто так и не заговорил. Антон не знал, хорошо это или плохо. Может быть, ему самому нужно было начать разговор? Спросить у каждого, как дела? Или бы это ничего не изменило и его проигнорировали бы? Он терялся в догадках и от этого нервничал еще больше.

После отбоя он сразу лег спать. Рана болела, и он стискивал зубы, чтобы не стонать от боли. Он не мог улечься, а лишний раз ворочаться и привлекать к себе внимание не хотелось. Закрыв глаза, он стал думать о Женьке. Делает ли тот упражнения или забросил? Будет очень обидно, если так. У него уже многое получалось! Антону стало жаль, если парень без него сдаться и месяцы тренировок пойдут насмарку. Как не вовремя случился этот арест! Он до крови закусил губу. Мысли о Женьке заставили его вспомнить Бориса. Они пару раз созванивались после того, как он убил Ника. Борис позвонил ему сам, узнать, правда ли о то, что о нем говорят. Для человека, который собирался умирать, его голос звучал достаточно бодро. Он расспросил его, как дела, узнал кто будет его защищать, и остался очень доволен выбором адвоката.