Книга Все останется между нами, страница 131 – Адриана Максимова

— Ты выглядишь отвратительно, — прохрипел Крылов.

— Но все же получше вас.

— Давай, выкладывай. У тебя на лице написано, что вопрос важный.

— Ник… Он умер, — собравшись с силами, выдавила из себя Таис.

— Как это произошло? — спросил Крылов, и из его горла вырвался свист. Аппарат запиликал чаще — сердцебиение пациента усилилось.

— Его убил Антон, — сказала Таис, и ей показалось, что она падает в пропасть, словно озвучив эту правду, она, наконец, смогла сама понять то, что произошло вчера.

— Он арестован? — В голосе Крылова появилась привычная жесткость.

— Нет, он сейчас в больнице. Ник ранил его. Пуля едва не задела сердце, — ответила Таис, и слезы хлынули у нее из глаз. Она начала осмысливать то, что случилось, и ее накрыло. Спешно вытерев мокрые щеки, Тая посмотрела на свекра. Тот лежал, уставившись в одну точку.

— Его будут судить.

— Да, если он выживет.

— Свяжись с Мухиным, он лучший адвокат, о котором я когда-либо слышал, — сказал Крылов и Таис увидела, как по его вискам текут слезы.

— Вы…

— И я больше ничего не хочу знать об Антоне Брагине. Никогда, — категорично сказал Крылов. Вбежала медсестра и стала проверять приборы. Махнула рукой Таис, чтобы та ушла и побежал за врачом.

Выйдя из реанимации Тая, привалилась спиной к стене. Боль внизу живота была резкой и внезапной, словно кто-то пронзил ее мечом. Она охнула и согнулась пополам. Пусть это будет просто спазм! Пусть все обойдется, как в прошлый раз! Вторая волна боли заставила ее закричать. К ней подбежала медсестра и спросила, что с ней. А потом увидев капли крови на полу, позвала на помощь.

Таис лежала на койке, свернувшись калачиком, и изучала потрескавшуюся стену. Тонкие царапины были похожи на русла рек, небрежно нанесенные на карту. А вот эти бугры от неравномерно нанесенной краски, похожи на холмы и вулканы. Она рассеянно провела по ним пальцем и вздохнула. Вчера ее экстренно прооперировали, и она полдня провела в реанимации. Ребенка спасти не удалось. Это известие опустошило Таис. Все, чем она жила в последнее время было полностью разрушено. У нее больше не осталось надежды, и она не была уверена, что хочет жить дальше. Ей захотелось плакать, но глаза остались сухими. Она поняла, что не может выдавить из себя ни слезинки, словно ее тело вместе с душой превратились в пустыню.

Дверь палаты медленно открылась, и вошел Покровский. Таис удивленно уставилась на него. Он был тем человеком, которого она ожидала меньше всего увидеть!

— Привет, — ставя на тумбочку корзину с красными цветами, сказал Покровский. — Я знаю, что твое нахождение здесь вызвано печальным событием, поэтому хочу немного поднять тебе настроение.

— Спасибо, — поправляя на груди халат, пробормотала Таис. — Только вряд ли это поможет.

— На тебя сейчас свалилось очень много всего, — садясь рядом, сказал Покровский. — И тебе нужна дружеская поддержка. Я пришел сказать тебе, что ты не одна.

— На каких условиях?

— Ну что ты, Таис, нет никаких условий! — улыбнулся Илья. — Ты мне нравишься. К тому же я не хочу, чтобы Крылов оторвал мне голову за излишне вольное поведение.

— Ты давно знаешь, что болен?

— Пару лет.

— И как тебе с этим живется?

— Больше ограничений и дисциплины, меньше надежд на будущее. В остальном я не привык жаловаться. Но в тот день, когда я узнал диагноз, мне показалось, что моя жизнь закончилась. Хотя в каком-то роде так оно и было. Мне пришлось научиться жить иначе, поменять приоритеты, — сказал Илья.