Книга Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля, страница 49 – Леона Эльсворд, Таисия Касам

Мы двинулись дальше - к широкой лестнице. Ступени сами собой очищались от пыли и мха, перила выпрямлялись, резьба на них расцветала серебристыми прожилками. Чем выше мы поднимались, тем ярче становился свет в люстрах. Дом оживал. Медленно. Осторожно.

На втором этаже открылся длинный коридор. Двери - высокие, дубовые, с серебряными ручками в форме лунных серпов. Я коснулась первой - и она сама открылась с мягким щелчком.

Большая спальня. Когда-то хозяйская. Огромная кровать под балдахином из потемневшего бархата. Окна, забитые ставнями, теперь сами собой распахнулись - в комнату хлынул серый свет тумана, но он сразу смягчился, стал серебристым, уютным. Пыль закружилась и исчезла.

Камин ожил: в нем вспыхнули языки серебряного пламени, хотя дров не было. Стены покрылись гобеленами - они сами разворачивались, показывая сцены: луна над морем, древние деревья с корнями, уходящими в звездное небо, женщины в серебряных венцах.

Я подошла к комоду у окна. На нем - шкатулка. Маленькая, серебряная, с тем же знаком цветка и семи лучей. Коснулась - и внутри что-то щелкнуло. Внутри лежали письма. Старые, пожелтевшие, но не тронутые временем.

Первое - от матери. Настоящей.

Глава 32

«Моя Лиара,

Если ты читаешь это, значит, печать крови пробудилась. Прости меня и папц, мы не смогли тебя защитить. Твой отец… он был Королем Лунного Двора. Чистокровным представителем древнейшей рассы . Враги сожгли дворец. Меня ранили. Я отдала тебя странствующей леди, которая гостила в нашем поместье. Она не знала только то, что ты - особенная.

Ты, моя дорогая, принадлежишь к древнему и почти забытому народу Велунари - Детям Луны и Корней Экдрасиля. Мы старше драконов на многие тысячелетия. В наших жилах течет не огонь, а серебряный свет полной луны и живой сок первого дерева в мире, что питает саму землю. Мы не завоеватели и не властители пламени. Мы - хранители равновесия между небом и глубиной, между звездным светом и сердцем мира. Именно поэтому нас боялись и пытались уничтожить. Больше ищи в библиотеке. Под корнями. Там - зеркало. Оно покажет тебе всю правду.

Бесконечно люблю тебя. До луны и обратно. Мама.»

Слезы навернулись на глаза. Я сжала письмо в кулаке.

— Миледи? - Мила коснулась моего плеча. - Что там?

Я показала. Она прочитала вслух, голос дрожал.

Агата подошла ближе, поставила Ниоль на пол и обняла меня со спины. Девочка сразу потянулась к гобелену, тронула серебряную нить пальчиком. И - чудо. Нить вспыхнула, и на гобелене проступило новое изображение: младенец в колыбели под луной, а вокруг - корни старого дерева, обнимающие ее.

— Смотрите! - воскликнула Вейла. - Дом рисует!

Дом действительно менялся. Чем дольше мы стояли здесь, тем ярче становились краски. Бархат балдахина наливался глубоким темно-синим цветом, как ночное небо. Кровать сама заправилась - простыни хрустели свежестью. В воздухе появился легкий запах лаванды и морской соли.

— Он… чувствует меня, - тихо сказала я. - Мою кровь. И восстанавливается.

Роэн, стоявший в дверях, кивнул.

— Тогда, миледи, давайте не будем тратить время. Разберем комнаты. Мои люди помогут с тяжелым. Агата, Мила - вы с детьми можете заняться тем, что ближе к земле. Кухня, кладовые. Чтобы было где поесть и спать сегодня.