Книга Ренессанс моей души, страница 124 – Таисия Касам, Марвин Лакруа

— Рассуждаешь, как драконы. Если бы не отсутствие Вечности, я бы сказал, что ты очень подходишь Мастеру. Во всяком случае, говоришь, прямо как он, разве что глаза не отводишь. — Хазаэль рассмеялся.

— Ну, видимо, переобщалась, — ответила я смешком. — Но, прошу, не смешивай, божий дар с яичницей. Просто… в нас, наверное, говорит опыт. Ты обжегся, и не раз, и даже не по своей воле, и теперь дуешь на воду. А в том, чтобы просто дружить, общаться, напиваться вместе… прости, забыла, что ты опьянеть не можешь… творить глупости, веселиться, забираться на водонапорные башни и просто пить чай с лимоном, нет ничего опасного. Ведь никто не требует от тебя взваливать на свою половинку все проблемы этого мира. Иногда достаточно того, что к кому-то можно прийти, уткнуться носом в грудь и в молчании спрятаться от всего мира, от всех невзгод и проблем. Хотя… может тебе нужна партнерша, что встанет рядом в бою, прикроет спину или залечит раны. Или та, кто будет читать тебе книги, расчесывать пальцами волосы, пока ты лежишь рядом, и помогать разгребаться с письмами и интригами. Я не знаю, каждому — свое. Начни с малого, и… думаю, все же стоит разобраться с тем пророчеством… это странно, что вы не обсудили это. Возможно, вдвоем, а то и втроем, вы смогли бы решить проблему, которую каждый решает в одиночку.

— Мы не пытаемся решить эту проблему, потому что не видим, ну, или, если тебе так угодно, не желаем видеть ее. К тому же, она не совсем наша, если я не выполню предсказание, пострадают обе богини, одну обвинят во лжи, а вторая в принципе будет считаться бесполезной. Так зачем мне вообще волноваться о тех, чья Судьба мне безразлична. — Он улыбнулся и продолжил, — что до девушки или юноши… я бы попробовал, но мне мешают вопросы доверия и титул. В каком-то смысле, я столкнулся с той же проблемой, что преследует Айроса. Я прихожу в безымянную деревню, знакомлюсь с приглянувшейся мне девушкой. Мы общаемся. Это продолжается несколько миртранов. Я предлагаю перейти к более близкому общению, так сказать, открыть секреты… и после этого теряю ее. С юношами происходит тоже самое. Я понимаю, они боятся не меня, но того, что их ждет, если они останутся рядом. И все же… — В этот раз улыбка вышла грустной.

— Для меня это странно. Хотя, возможно, я пока слишком наивна и не вижу всего уровня … неприятностей, что может прилипнуть к твоей избраннице. Но… блин, это все равно как-то трусливо. А как же по стеклам за любимым? А как же доверие тебе, что ты рыцарь в сияющих доспехах и спасешь ее от всего на свете? Прости, это я утрирую… Хотя, если посудить, в какой-то степени, могу понять эту селянку… Ведь трудно поверить, что ты, обычная — как все, можешь соответствовать не абы кому, а целому принцу. Рискнуть и провалиться, испытав стыд и насмешки тех, кто родился с титулом, это действительно требует изрядную долю решимости. И… этот щенок, если вырастет среди интриг и дворцовой кутерьмы, может тоже предпочесть стать свободным бардом, а не задыхаться среди знати. Остается только молиться Сателису, чтобы он устроил вашу встречу с нужной девушкой… или юношей.

В этот момент он чуть вздрогнул и внимательно всмотрелся в прорезь окна, где еще розовелись отблески заходящего Сателиса. И выглядел при этом крайне взволнованным и встревоженным моими словами. Так, что даже привстал, из-за чего щенок скатился на кресло и недовольно тявкнул.