Книга Игра хаоса. Туман войны. Книга тринадцатая, страница 54 – Алексей Свадковский

— Я тоже против.

Сэр Эктор поднялся сразу, едва сэр Гавейн, закончив свою речь, опустился в кресло. Быстро вскочив, хранитель традиций торопливо зачастил, словно опасаясь, что ему не дадут высказать мысль до конца: все уже давно выучили наизусть его однообразные аргументы.

— Я не учитываю внешнюю сторону происходящего, хотя и разделяю опасения сэра Гавейна. Но есть традиции, внутренние протоколы, испытания, в конце концов, которые должен пройти и преодолеть новичок, чтобы стать хотя бы кандидатом в рыцари Лиги. Не выдержан десятилетий ценз в качестве обычного охотника и пятилетний в качестве оруженосца. Ладно, допустим, это еще хоть как-то можно признать малозначимым для достойного кандидата в рыцари. Но вы ведь собираетесь посадить его за Круглый стол! Как насчет испытаний для более высоких должностей? Где необходимый опыт работы знаменосцем или посвященным, который на практике доказал бы, что этот брат готов тратить свое время и силы, должным образом занимаясь порученным делом? При этом не просто преследовать свои цели, охотясь на тварей, а заботиться об интересах Лиги. Готов ли кандидат к ответственности, возлагаемой на маршала или комтура, что формируют Капитул? Имеет ли необходимые знания?

Сделав небольшую паузу, разнервничавшийся хранитель традиций взял себя в руки и уже гораздо спокойнее закончил:

— Достоин или нет этот юноша, — очередной взмах руки в сторону проекции Рэниона, — стать одним из нас, можно определить только как следует изучив его действия на практике. Я требую, чтобы все формальности были соблюдены, а его кандидатура в члены Капитула была рассмотрена позже, по итогам испытаний. Пусть проявит себя в качестве рыцаря, потом ночь в Часовне Отчаяния, чтобы удостовериться в силе его духа, Дорога Мужества, чтобы проверить воинские навыки, и в конце — прения с изъявившими желание участвовать в них членами совета.

— Да не нужен ему весь этот бред, — буркнул, не вставая, сэр Готфри.

— Сэр Готфри! — возмущенно одернул его сэр Эктор. — Наши традиции, они священны! Это узы, что связывают нас всех, помогают не забыть кто мы, к чему стремимся и чему служим.

— А еще они не должны быть кандалами, мешающими развитию и постижению нового, — уверенно ответил маршал. — И если для достижения наших целей в этот совет нужно принять упыря, тролля, оборотня, да хоть гуля, я с радостью первый обниму его. Взгляните на этот стол, на пустые кресла. Наш совет уже лет сто не был в полном составе. Мы стали похожи на безумных стариков, спорим, рассуждаем, следим за соблюдением регламентов, забыв, чему мы на самом деле должны служить. И отвергнуть парня, совершившего ТАКОЕ, по надуманным формальным предлогам, я не позволю.

— Вы не понимаете…

— Нет, это вы не понимаете! — взревел, вскочив, сэр Готфри. — Парень завалил Бесформенного окончательно и бесповоротно! Этой твари больше нет! Ни вы, ни я, ни кто-либо в прошлом не сумел этого сделать. Да мы даже мечтать о подобном не могли. А он сделал, прошел путь, на который мы и встать не осмелились. И вместо благодарности мы сидим, скулим как жалкие псы, завидуя чужой силе и славе. Я говорил с ним, я испытал его, и я утверждаю, что он достоин сидеть за этим столом даже больше, чем некоторые из здесь присутствующих.