Книга Игра Хаоса. Книга Четырнадцатая. Искусство войны, страница 103 – Алексей Свадковский

— Назови свое Имя.

Имя — это истинная суть любого разумного, наделённого душой. С его познания начинается дорога возвышения. Назвать имя — это значит доверить кому-то власть над собой.

— Нет, — дёрнувшись, проскрипел Охотник.

Ну, она и не надеялась, что все будет так быстро. Но спросить была должна.

— Ты все равно его скажешь, — тихо прошипела она. — Но перед этим испытаешь очень много боли.

Говоря это, Нидейлина раскрыла кожаный футляр. Внутри, в своих гнездах, расположились десятки инструментов: тонкие иглы, крючки, крохотные пилочки.

— Я не люблю подобным заниматься, поэтому предлагаю сделку: ты правдиво отвечаешь на все вопросы, а я дарую тебе легкую смерть, без пыток, посмертного служения, выкачки энергии и обращения в костяную куклу или прислужника. Мне это нетрудно, и, признаюсь, очень любопытно узнать, что из тебя может получиться, но сейчас не до того. Хотя, если я потрачу время на пытки, ломая твою волю, то, пожалуй, все же компенсирую себе столь утомительную возню.

Слуга Великого Жужжащего, приподнявшись на тонких жгутиках, оценил магический круг, в который его заключили, затем просканировал ауру стоявшей перед ним женщины. Данную возможность, видимо, специально оставили, чтобы он сразу понял, с кем имеет дело. «Она может, — сразу понял Охотник. — Бессмертная, Повелительница Смерти. Эта не угрожает, а просто констатирует факт. В ее силах реализовать обещанное. А значит, живым ему уже точно не выбраться: Хозяин не поможет, своих сил для прорыва не хватит». Мысли быстро крутились в голове. Просто холодный расчет, где взвешивались все «за» и «против», а после принималось решение, следуя логике, а не глупым эмоциям, чем так часто страдают люди.

— Я согласен, — проверещал пленник. — Но сначала поклянись, что выполнишь обещание, и я назову тебе свое Имя.

— Клянусь своей сутью и силой. Да будет она свидетелем моих слов: после ответов на мои вопросы, ты получишь быструю смерть без боли и мучений.

Жезл засветился, подтверждая, что изначальная сила услышала эти слова.

— Мое имя Илшу, — проскрипел Охотник. — Спрашивай, что ты хотела знать.

— Есть ли еще наблюдатели в поселении кроме тебя? — быстро спросила Нидейлина. Коротким росчерком жезла она внесла имя Охотника в рунную вязь, опоясывающую круг. Теперь печать повиновения завершена, и тварь обязана отвечать искренне на любой ее вопрос.

— Нет, — почти сразу пришел ответ. — Было еще двое, но они погибли год назад, новых внедрить не успели.

— Как вы поддерживали связь? — новый вопрос-приказ, требующий незамедлительного и полного ответа.

Спустя десяток минут ритуальный нож, резко опустившись, пригвоздил к камню распластанного шпиона. Круг, мигнув, принял в себя остатки его жизненной силы. Линии постепенно угасли. Проверив эфирный след и не найдя энергетических волнений, Нидейлина поспешила на доклад.

Тем временем, в городке выживших разворачивалась лихорадочная суета. Торопясь, на стены поднимали тяжелые пулеметы, заправляли их лентами и фиксировали на треногах, выставляя на башнях. В центре цитадели установили миномётную батарею, и к ней проводили связь. Опасаясь эфирных помех, к укрытым песком орудиям протягивали кабель, соединённый с телефонной трубкой. Наводчик разместился наверху. Прямо перед крепостью, на вычищенном от растительности поле, постепенно вызревали Семена Гнева. В шагах ста от них медленно формировались Ледяные монолиты: из земли едва показались верхушки темно-серых сосулек.