Книга Ян и Инь 2. Путь к свободе, страница 2 – Павел Вяч, Ник Вотчер

— Ты, видимо, слишком много времени провёл среди этих маозцы и разучился вежливости. Тебе лучше поискать другое место, если хочешь набить желудок едой и поспать на мягкой кровати.

Для придания своим словам веса, он выпустил на волю духа. Опять змея. Меня скоро тошнить от них будет! Старик смотрел не мигая, позволив себе лёгкую злую улыбку.

Инь, который появился спустя пару секунд, лишь презрительно фыркнул, чем напугал духа старика, и снова скрылся внутри меня.

«Слабак! — прокомментировал он. — Его даже мышь Макара сожрет и не подавится».

Я змею видел, и был полностью с Инем согласен. А вот старик, по всей видимости, то ли был сам по себе слишком слаб, то ли не умел «видеть» духовное, но оценить толком произошедшее не смог.

Он лишь нахмурился, удивлённый тем, что я остался стоять на месте, как ни в чём не бывало. И не успел среагировать, когда я шагнул мимо него, растянув губы в довольной улыбке.

Один из троицы парней приподнялся, но тут же сел обратно, наткнувшись на мой взгляд. Остальные так и смотрели то на старика, который опешил от моей наглости, то снова на меня.

Я зашёл внутрь, пытаясь удержать на лице бесстрастное выражение. Сердце билось как сумасшедшее. И я даже не знаю, из-за чего больше — из-за моей показной наглости или из-за того, что я оказался в уже слегка позабытой атмосфере…дома.

«Каким ты стал смелым, — произнёс Инь довольным голосом. — Мне нравится! Таким и должен быть настоящий медоед!»

— Наглым и безрассудным?

«Бесстрашным, Ян. Бесстрашным!»

Если бы так. Как вообще можно полностью избавиться от страха? Да это просто нереально.

С этими размышлениями я оглядел полупустой зал и двинулся в сторону свободного столика, провожаемый взглядами практически всех присутствующих. И взгляды были разные. От заинтересованных, до презрительных. От равнодушных, до предвкушающих.

Я уже почти дошёл до намеченного, в качестве конечной точки, стола, когда дверь за спиной снова скрипнула, и внутрь зашёл злобно пыхтящий старик.

— Я не разрешал тебе заходить! — прошипел он, ткнув в мою сторону пальцем, с длинным, потемневшим ногтем.

Произнёс это и аж потемнел от злости, поняв, что я не обратил на его слова ни малейшего внимания.

Вместо этого, я уселся за стол, вытянул натруженные за долгий день ноги и махнул рукой, подзывая мальчишку, который, по всем признакам, занимался тут сбором заказов.

— Ты! — аж задохнулся старик, от того, что я, дожидаясь, когда мальчишка наконец решиться ко мне подойти, спокойно уставился в глаза разъярённого привратника.

— Ты проявил неуважение к незнакомцу. К своему. Попытался продавить меня силой. У тебя ничего не вышло. Ты не стал останавливать меня снаружи, осознав, что не сможешь этого сделать. Но! — я слегка повысил голос, перебивая уже открывшего было рот старика. — Ты зачем-то забежал во внутрь и устроил здесь концерт, отвлекая от еды остальных посетителей. Может быть твоя чешуя уже сильно потускнела и тебе пора на покой?

— Тухлое яйцо! Да ты…!

— Довольно, — прервал его негромкий, но властный голос. — Вернись на свое место, Бэй.

Я повернул голову в сторону того, кто это произнёс, и увидел крепкого мужчину, одетого как и большинство воинов-русов. Ничего, что бы указывало на то, что он житель другой страны.

— Канг! Обслужи нашего гостя!