Книга Ян и Инь 4. Чужой, среди своих, страница 63 – Ник Вотчер

Акамир скосил глаза в сторону Алева, к которому приблизились все духи-ящерицы. Они сгрудились около лиса и, судя по всему, собирались начать его поглощение. Дух Акамира уже не рычал. Он замер, словно не в силах не то, чтобы пошевелиться, но даже издавать хоть какие-то звуки.

Пара ханьцев схватили Акамира с двух сторон и потащили в сторону, после чего ударили по ногам, вынудив его встать на колени.

— Хочу, чтобы вы смотрели друг на друга. Чтобы видели, как умирает каждый из вас. Чтобы…

Голос ханьца звучал словно где-то вдалеке. Акамир смотрел в глаза Алеву и пытался дотянуться до него. Ощутить их связь. Хотя бы напоследок.

Лис смотрел в ответ, не в силах пошевелиться. Как и его хозяин. Акамир даже не дёрнулся, когда главный ханец начал резать его ножом. А вот в глазах Алева начал разгораться огонь.

Он возник где-то в глубине, постепенно становясь всё сильнее. Через пару секунд, на месте глаз у духа вспыхнуло пламя. Лис закрыл их, словно пытаясь не дать огню вырваться наружу, после чего вспыхнул весь целиком.

Огонь был такой силы, что моментально сжёг всю гадость, которой был заляпан дух. Во вновь открывшихся глазах пылала такая всепоглощающая ярость, заметивший изменения ханец на секунду замер, после чего занёс для удара нож, намереваясь убить Акамира.

Ни о какой мучительной смерти речи больше не шло. Он внезапно осознал, что они слишком сильно недооценили противника. Но ведь раньше ничего подобного не случалось! Никто не мог сопротивляться!

От духа-лиса разошлось кольцо пламени, уничтожившее ближайших духов-ящериц за считанные мгновения. Но задело не всех. Три духа умудрились выжить.

Акамир качнулся вбок, и лезвие ножа лишь оцарапало шею. Воин вцепился в руку, вскочил на ноги и вбил в раскрытый рот ханьца небольшой огненный шарик.

Отбросив мёртвое тело в сторону, Акамир перекинул трофейный нож в правую руку и кинулся на двоих оставшихся врагов. Те были слишком ошарашены внезапной смертью всего отряда, и не сумели толком защититься от взбешённого руса. Акамир не стал с ними играть. Несколько ударов в жизненно важные части тела, и уже мёртвые враги упали к его ногам.

— Спасибо, друг! — прошептал Акамир, подходя к Алеву, который, после атаки, словно стал более блеклым. — Если бы не ты, мы бы оба были мертвы.

Лис в ответ самодовольно фыркнул и прыгнул в грудь своего носителя, оставляя его одного, среди кучи мёртвых тел. Следовало восстановить потраченные силы. Всё, что мог, он сделал. Теперь всё зависит от человека.

Оставшись один, Акамир, первым делом, добежал до брошенного лука. Быстрый осмотр показал, что с ним всё в порядке. Это была хорошая новость. Не хватало ещё потерять такой ценный артефакт…

Со стороны лагеря раздались крики. Акамир глянул в ту сторону и тут же схватился за первую стрелу. Ханьцы прорвались внутрь крепости. Бой кипел везде, куда ни брось взгляд. Со стены было видно и составленные полукругом телеги и отбивающихся бойцов. Нападающие не делали различия между монголами и своими соплеменниками, с одинаковой яростью бросаясь что на первых, что на вторых. Тех из ханьцев, кто решил воспользоваться моментом и сбежать или ударить монголам в спину, убивали как свои, так и чужие. И таких было немало.

Акамир попытался найти взглядом Юнгура, и увидел его прислонившимся к колесу одной из телег. Один из бойцов накладывал ему на грудь повязку. Рядом с полусотником лежал Онгур, с окровавленной головой. Над ним тоже уже хлопотали, как и над десятком других раненых.