Книга Ян и Инь 6. Дорога домой, страница 6 – Ник Вотчер

— Допрыгался, ханец, — довольным голосом произнёс монгол, плюнув на землю.

Перехватив свой меч двумя руками, он направился к Киму, который всё ещё лежал на земле и мотал головой, пытаясь прийти в себя. Наблюдающие за поединком воины кричали, призывая своего соотечественника покончить с наглым ханьцем, который посмел сопротивляться, вместо того, чтобы просто принять свою судьбу.

Я перевёл напряжённый взгляд на духов. Ведь, если кунице удастся победить волка, то у Кима появится хоть какой-то шанс. Но, к моему сожалению, победой духа моего бывшего наставника там даже не пахло. Духи оказались примерно равными по силе. И, хотя они умудрились изрядно друг друга потрепать, но откровенного перевеса не было ни у одного из них.

Почувствовав на себе чьё-то внимание, я резко повернулся и увидел довольную улыбку Басана. Он откинулся на подушки, и смотрел на меня с превосходством. Разглядывал, словно дорогую вещь, и раздумывал, что бы со мной сделать. Я непроизвольно стиснул зубы и сжал кулаки, но, спустя уже секунду, усилием воли, заставил себя расслабиться.

А на площадке, тем временем, монгол уже подошёл к Киму. Он вскинул свой меч над головой, намереваясь нанести смертельный удар. Хотя, может он решил поиграться с безоружной жертвой. Такое монголы тоже любили. Отрубать пленным по очереди руки и ноги и гадать, сколько те смогут продержаться, и на каком ударе умрут от боли и потери крови.

Как Ким оказался на ногах, я я смог проследить с трудом. Вот он лежал на земле, а в следующий момент уже вскочил, оказавшись вплотную к воину Басана. Меньше секунды они смотрели друг другу в глаза: монгол с удивлением, а Ким с предвкушением. А потом, мой бывший наставник вонзил своему противнику в горло нож. Бил снизу. Так, чтобы лезвие точно достало до мозга.

К этому моменту они оба уже изрядно потратили духовной энергии, так что не удивительно, что нож вошёл в тело монгола, не встретив на своём пути никаких преград. Не отпуская рукоятку ножа, Ким опустил умирающего монгола на землю, под конец провернув в ране нож, а затем спокойно его вытащил и обтёр об одежду противника.

Наступила такая тишина, что её, казалось, можно было пощупать руками. Все в немом недоумении смотрели на Кима, на мёртвое тело у его ног, потом снова на Кима и, наконец, на Дамдина, который не спешил ничего говорить. Я уже было хотел встать и спросить его, доволен ли он поединком, как главнокомандующий встал с места и, окинув взглядом толпу монголов, произнёс:

— Неожиданное завершение боя. Признаться я до конца надеялся, что твой человек, Басан, сможет одолеть ханьца, пускай и обладающего духом.

— Прости, темник, я тебя подвёл! — ровным голосом ответил Басан, бросив на Кима уничижительный взгляд.

Вместо ответа, Дамдин начал спускаться вниз, к двум воинам, одному мёртвому, второму живому. Я с напряжением следил за происходящим, не понимая, что мне делать.

— Как и было обещано, дайчин Ян, я вывожу тебя из-под командования темника Жаргала.

Да, Дамдин всё же даровал Жаргалу титул темника, так как под контролем последнего находилось больше десяти тысяч человек. Тот этому назначению сильно обрадовался. Но, с моим уходом, его позиции значительно ослабнут. Возможно, его даже лишат этого титула. Ведь, из-за своей спешки, он потерял много людей. А теперь, когда я уйду и заберу своих бойцов и обозников, под его командованием останется всего девять с чем-то тысяч человек.