Книга Первая кровь, страница 31 – Андрей Абрамов

— Тоже не знаешь, как разместить нового скелета в шкафу?!

Артур открыл было рот, чтобы ответить, но почему-то решил промолчать. Что здесь скажешь? Прав сын фермера с Хиршта. Прав. Самое страшное не в том, что скелет большой, а в том, что шкаф вовсе не шкаф, а маленькая прикроватная тумбочка. В такой даже косточку не утаишь, не то чтобы…

— О чём они интересно думают? – Бенджамин тоже откинулся на стену.

— Что?

— Я имею в виду, что у них творится в голове? У заражённых пустоумием. У них же раньше тоже были мысли. Как у нас. А потом в одночасье бах… и нет мыслей. Как можно ходить, есть, бежать и при этом ничего не думать?

— Пусть об этом заботятся мозгоправы из Галифаста. Не зря же они столько зарабатывают. Скажи лучше, как связаны между собой клирики-отступники и агрессивная толпа безумцев?

— Ну так епископ же говорил, что это дело рук противников пара. Что думать-то?

— Ага. Клирики стали отступниками, потому что им впихнули в голову всякую сектантскую ересь, а пустоголовым как это впихнёшь? Если их ничего, кроме как бродить и визжать не интересует.

— Хочешь сказать, что это просто совпадение?

— Не знаю я ничего, – Артур снова уставился на стену с урнами. – Ты когда-нибудь видел двадцатифутового человека?

— Ещё бы. У меня сосед таким был. И ел за пятерых… – Бенджамин осекся. Он вдруг вспомнил, что явилось в церкви, когда черпий запустил в пролом горящий сук. – У меня из головы совсем вылетело. Ты про того великана?

— Нет, про твоего соседа. Дубина! Психи его почему-то не трогали.

— Может он руководил ими? – Бенджамин резко выпрямился и посмотрел другу в глаза. – Командир армии психов! Это вполне возможно. Те же раньше спокойными были, да и в такую стаю никогда не собирались. А сейчас разве что строем не ходят.

— Стая… – вдумчиво произнёс Артур. Его внимание обратилось в противоположный угол крипты, где пресвитер Максанс, сильно жестикулируя, что-то объяснял епископу. – Или рой.

— Прошу прощения, – раздумья прервал вышедший из полумрака юнга. – У вас остались ещё факелы?

— Нет. Посмотри в чаше.

— В том то и дело, что в чаше всё прогорело. Епископ поручил мне найти факелы или на худой конец, дрова.

— Откуда им здесь быть?

— Ваша скамья, – юнга многозначительно посмотрел на почерневшую от плесени деревянную лавку.

— Ах да, конечно, – черпий стремительно встал, отчего скамья сыграла и Бенджамин едва не свалился наземь. – Мы поможем донести. Вставай Бен.

Втроём они подтащили тяжёлую дубовую скамью поближе к чаше и начали разбивать её на части. Право, что у черпия под рукой был старый молот. Несколько размашистых ударов и тяжёлое сиденье лишилось толстых коротких ножек.

«Черпий», – голос монаха прозвучал над самым ухом. Артур подпрыгнул на месте и чуть не выронил молот. Он резко обернулся, ожидая увидеть что угодно, но только не пустоту. Позади никого не было! Взгляд потянулся к дальнему углу, туда, где совсем недавно монах о чём-то спорил с епископом. Лицо старика было сокрыто в тени просторного капюшона, но Артур мог поклясться, что прекрасно видел, как потрескавшиеся губы раскрылись и над ухом снова прозвучало: «Подойди, черпий».

Артур передал молот Бенджамину и с опаской приблизился к ожидающим его священнослужителям. По выражениям их лиц было видно, что они только-только пришли к компромиссу, на который одна из сторон пошла неохотно. По-видимому, это был нахмуренный Брюмо.