Книга Первая кровь, страница 44 – Андрей Абрамов

— Бегом в дом. Тащи сюда керосинки.

Когда Алберт скрылся в проёме окна, Артур принялся перебирать в уме наличествующие у него урны круга смерти. Ослепление, кипящая кровь, удар молота… нет всё не то. Рациональность и стратегия! Черпий установил ментальную связь с тубусом.

— Все внутрь! Джоффри готовься! – прорычал епископ, пробежав под пожарным столбом. В траве позади него корчилось пять или шесть человеческих клубков. В искажённых от боли лицах читалась неудержимая ярость. Детские кулачки сжимались и разжимались.

— Артур! Это Бен. Ты где? – раздался приглушённый голос фермерского сына.

Черпий с удивлением посмотрел под ноги. Под черепицей слышались шорох и бормотание. Бенджамин нашёл способ забраться на чердак!

— Отойди в сторону. Сейчас проломлю крышу, – прокричал в ответ Артур. Действовать нужно быстро. Он выхватил молот и несколько раз приложился по глиняным черепицам. Осколки с треском осыпались вниз и из возникшего пролома показалась голова Уайта.

— Поднимай людей на чердак, – Артур приветственно хлопнул друга по макушке. – Поторопись доходяга.

Когда рыжая копна скрылась в дыре, черпий подбежал к краю крыши. Там уже топтался Алберт, держа закопчённые лампы.

— Давай сюда, – Артур свесил руку вниз. Пальцы уцепились за тонкую ручку. Есть! Теперь ещё одна. Готово! Черпий распрямился и потряс обе лампы. Одна почти пустая – от силы три-четыре унции. Маловато. Зато во второй больше половины. Хоть что-то.

Внизу громыхнуло. Артур насторожился, но потом понял, что это Джоффри забаррикадировал окно тяжёлым шкафом. Теперь отходить было некуда. Он снова осмотрел округу. В кустах повсюду мелькали мохнатые шары. Детский смех лился со всех сторон. Пора действовать!

Черпий выломал окошечко для розжига и просунул внутрь указательный палец. На всякий случай закрыл глаза. Вдруг у него опять не получится. Не видимая глазу божественная нить мелькнула на запястье и устремилась к пальцу. Фитиль вспыхнул синим пламенем. Отлично!

Артур приоткрыл заливное отверстие ёмкости с керосином. Ударил ламповое стекло об угол молота и размахнувшись, запустил по широкой дуге. Пролетев ярдов пятнадцать, керосинка упала в густые заросли сухого чертополоха. Со звоном лопнуло треснутое стекло. Над кустами завился синий дымок. Спустя пять секунд занялось и пламя, раздуваемое шальным ветром.

Черпий повторил фокус со второй лампой. Пролетев десять ярдов, она упала немного в стороне от первой. Артур какое-то время наблюдал, но дыма так и не дождался. К тому времени куст, в который угодил первый снаряд, разгорелся не на шутку – вспыхнул вытекший керосин.

Артур снова закрыл глаза. Он мысленно взлетел над бараком и осмотрелся. Получилось! Внизу мелькали белёсые силуэты. Восемь из них собралось в глубине строения – это свои. А вот другие – три, семь, пятнадцать, тридцать три. Именно они интересовали медитирующего черпия. Усиленное верой божественное слово круга смерти накрыло площадь диаметром сто ярдов.

Черпий открыл глаза. Лицо обдало едким дымом и палящим жаром. Половина площади пылала всепоглощающим огнём. Со всех сторон к нему сбегались поражённые пустоумием дети. Не останавливаясь, они бросались в самое пекло. Не выдержав такого зрелища, Артур отвернулся.

Из пролома выбрался Алберт. Протянул руки и поднял девочку. Потом помог женщине. Остальные взобрались сами. Взмокшие от напряжения люди смотрели, как красные языки подбираются к их последнему спасительному рубежу – старому бараку. Иногда в бушующем пламени вспыхивали яркие головёшки. Они метались из стороны в сторону и не найдя выхода, падали ниц.