Книга Начальник, страница 16 – Виталя Гусынин

— Ясно. Но как же так? Я и так уже, майора получил, шесть лет назад. И все в замках бегаю. Серёга, ну как так? — Стал верещать Киряков.

— Будь благодарен, что не усадили в каталажку! Быкуешь ты ещё тут. Сделай, что сказано. Потом будем базарить по твоей теме. Не кину я тебя, уж так и быть, постараюсь отмазать. — Перебил его Георгиевич.

— Спасибо тебе, начальник! Все сделаю! Пойду, оторвусь на Лапе. Надо стресс снять.

Когда в комнату для допросов завели Олега Лаптешева, он даже чуть не присел, от злобного взгляда Кирякова. Он уже стоял в накладках, надетых на руки и теребил бутылку с песком.

— Свободен, дежурный! — Прорычал он.

Лапа уселся на стул и дрожащими губами произнес:

— Бля, че вы все творите, мусора? Че надо? Не бей! Давай решать!

— Мусора? У тебя ещё хватает смелости, называть меня мусором? — Завелся майор и саданул со всей силы парня по лицу.

Тот грохнулся на пол и завыл. Кровь, брызгами полетела на стены и на ботинки Киряка.

— Гражданин милиционер! Запомни, гнида! И никак иначе! Я из тебя выбью всю дурь, чушкан! Милиционеров убивать нельзя! Запомни, чучело. — Орал Киряк.

— Все, все, все! — Завизжал Олег. — Не бей, лучше обоссы! Все! Вкурил!

Киряк поднял Лапу и швырнул обратно на стул. На столе уже лежало несколько листов бумаги и ручка.

— Пиши! Всё пиши. И как в Татарина стрелял и как начальника в подъезде порезал. Пиши. Тогда возможно, сможешь дышать. Иначе сейчас отобью тебе ребра, чтоб лёгкие проткнуло. — Проговорил мент.

— Не, гражданин начальник. Ты меня на член не наматывай! Есть доказательства? Сотрудника на меня не повесишь. Это ведь сразу край! Вышка! Не-е.

— А тебе что так, что эдак, все равно пиздец! — Продолжал Киряков. — Можешь и не писать ни чего. Сейчас отпущу тебя, а следом сообщу людям Рената. Не успеешь от отдела дорогу перейти. Твой вонючий труп потом, будут с асфальта соскребать. Хочешь так? Не вопрос. Вали! А так, есть шанс. Может и проканает твое чистосердечное. На суде раскаешься. Дадут двадцатку. С этапом тоже — решаемо.

— Бляяя. Ну вы и даёте. Правильно, вас все считают хуже бандитов. Ну и методы у вас, майор. Вот только не верю я не единому твоему слову. Сейчас получишь, что хочешь и кинешь меня в камеру, где меня резать начнут.

— Назвался волком — так не прячь зубы! — Ответил ему Киряк. — Я тебе все сказал. Думай и решай сам.

Минут пять Лаптешев сидел с задумчивым видом и теребил ручку на столе. Потом выпалил:

— Ну хорошо. Я возьму на себя всё. Но есть одна просьба. Точнее условие.

— Какие к чёрту условия? Ты, кусок говна!

Лапа все рассказал Кирякову. Тот выслушал его с невозмутимым видом, а после отправил обратно в камеру.

Уже к вечеру, дождавшись в отделе начальника, Киряк заглянул к нему для разговора.

— Ну он готов. Но есть один нюанс. — Начал тот.

— Какой в жопу еще нюанс? Хуянс. Еще нам этот урод будет понятия толковать шоль или че? — Стал злиться Георгиевич.

— Да ссыт он. Боится, что либо в камере в СИЗО его завалят, либо ты придёшь и расшибёшь жбан, после признательных. Так то он мне все поведал. И стволы сдал, где лежат и тот нож сказал, куда сбросил. Я уже ребят отправил, чтобы нашли и подобрали. Короче хочет на подписку съехать под залог. С братом надо ему связаться. Два лимона говорит, братва если надо, может собрать. — Ответил Киряков.