Книга Начальник, страница 25 – Виталя Гусынин

— У меня сейчас дела тоже пошли не плохо. Не сказать, что так же как у тебя, но мне на хлеб с маслом хватает. Но! Хотелось бы кушать еще и икорочку. За мной сейчас хорошие люди стоят. Секешь? А твоя крыша потекла! Я сюда заехал, как к себе во двор. А помнишь, как мы за тебя, до конца стояли? Не желаешь вернуть старые добрые времена? А? — Оскалив свой рот, утыканный железными зубами, спросил Седой.

— Да не. Да и зачем? Мне дали работать. Приезжают, забирают каждую неделю проценты и не трогает ни кто.

— Пока не трогают. Есть кое-какие слухи, братан.

— Ну короче, Иван, от меня мало чего зависит. Обсуждайте эти дела между собой.

— Это непременно обсудим. Ты скажи свое мнение мне! Будем вместе работать? Я даже могу скостить немного «налоговый сбор». — Намекнул Седой.

— Нет, Вань! Против этих людей я не пойду! К тому-же, слышал, у вас там что-то вроде разделения территорий. Извини, старина. Своя жизнь дороже и рубашка ближе. А наши дорожки видимо разошлись. Да, согласен, три года — срок не малый. Вместе мы начинали это дело, когда я еще тут инженером был. Все помню. Как ты меня на это место поднял, как помог с бандитами разобраться. Да много всего было. Но это ваша жизнь. И дорожка ваша кровавая. А я не хочу пострадать. — Объяснял хозяин.

— Как знаешь, дружище, как знаешь…. Только знай, те, с кем ты сейчас копейкой делишься, еще более кровавее, чем мы. Брата моего — они прибрали. А Олег за тебя тоже, не мало людей положил и всегда стоял до последнего. Ладно, лирика всё. Пойду. — Играя желваками, произнес Лаптешев и вышел прочь.

А следом, в кабинет зашли два мордоворота и без слов и объяснений, буквально выдернули директора из кресла и поволокли с собой на улицу. Там на него накинули на голову мешок и затолкали в багажник «Нивы».

Привезли на заброшенную стройку, которая находилась на районе Лаптешева. Выволокли. Сам Седой снял с головы пыльный мешок и оскалился снова своими серыми зубами.

— Ну что, козел, ты уверен в своих словах, что не будешь соглашаться на мои условия?

Хозяин «ТрансСтрой», стоя перед ним на коленях, на грязном бетонном полу, лишь дрожал и заикался, зыркая глазами на всех присутствующих.

— Я… я…я…. Не могу я, Иван. Ну не могу. Крепко они держат меня. Там еще этот начальник ментовки сверху, с плеткой стоит. Как я? Ну не надо, Ваня, не надо этого. — Гундел тот.

— Не можешь и не надо уже! — Огрызнулся Седой. — Но и этот жирный мент, со своим выблядком Ренатом, тоже больше ни чего не получат! Гаси его! — Приказал он ребятам.

Те же двое схватили директора за шею. Еще один подошел с бутылкой водки и стал жестоко заливать ее в горло дергающемуся мужчине. Тот плевался и вертел головой. После чего, ему развязали руки, подтащили к краю перекрытия и Седой пихнул в его спину ногой. Директор с ужасающимися воплями полетел с седьмого этажа. Бухнулся внизу, на торчащую из земли арматуру и строительный мусор. И только красное пятно, растекалось из под его тела, на бетонные плиты.

О местонахождении Татарина, сообщил Киряков. Наружка срисовала тех ребят, которые вышли из отдела. Они часто наведывались на один неизвестный адрес. Пробыв там несколько минут, выходили и уезжали.

Георгиевич выбрал время. Подъехал к дому, оставив свою машину, напротив торца здания, где окон не было. Быстро шмыгнул в подъезд и поднялся на последний этаж, к нужной квартире. Постучал в дверь. Прислушался. Была тишина. Снова постучал. Минут через пять, послышались шаркающие шаги и вновь тишина.