Книга Брачный приговор, страница 85 – Агата Лав

— Плохая идея.

— Да, он твой босс, я понимаю. Но мне больше неоткуда узнать, он же молчун, — я усмехаюсь. — Легче камень разговорить, чем его.

Артем пробует кофе, после чего тянется за сахаром.

— Он выкидывал что-то подобное, пока меня не было?

Артем обреченно выдыхает. Я понимаю, что ставлю его в неловкое положение. Использую то, что между нами сложились нормальные отношения, да и беременной женщине не принято перечить. Особенно после того, как заставил ее сесть в машину поздним вечером.

— Были стычки, — произносит он глухим голосом. — В барах.

— Драки?

— С Чертовым сложно подраться. Его охрана на чеку, к тому же многие знают, кто он. Даже если попасть на непросвещенного, у того найдется приятель, который быстро осадит. Дураков ломать себе жизнь нет.

Артем что-то обдумывает, а я не тороплю.

— Но один нашелся, — кидает Артем. — Босс сцепился с Антоном насмерть, подрались так, что швы потом накладывали…

— Это тот, который открывал ночной клуб? Боже, они же друзья!

Я помню, что Антон мне не понравился. Избалованный пошляк с влажным взглядом. Тогда я почти убедила себя, что это просто-напросто первое впечатление, что его еще нужно понять, как человека, привыкнуть к его чувству юмора и так далее. Но его супруга Лина с предложением залезть друг к другу в постель вбила последний гвоздь.

— Были друзья, — Артем пожимает плечами. — Я знаю только то, о чем шепталась охрана. Они отдыхали привычной компанией, Антон перебрал и начал доставать босса, что тот сам не свой последние дни. Грустный. Хмурый. Он пытался расшевелить босса, пропускал все намеки, что пора отвалить, а потом вовсе швырнул свою жену ему на колени. Сказал, что разрешает хорошенько развлечься с ней…

— Я поняла, — я резко поднимаю ладони. — Они свободных нравов, я в курсе.

Еще я запомнила, как мне было плохо после предложения Лины.

Неужели, Чертову тоже стало тошно?

— После драки клуб Антона раскрошили битами в ноль. Босс оставил там охрану, и парни отвели душу.

Вряд ли, ему это помогло.

Он по привычке гасит эмоции ударами.

Только толку от этого ноль.

— У меня еще один вопрос, — я возвращаюсь глазами к худому лицу Артема. — Последний, честно. За мной давно следят его люди?

— Где-то два месяца. Вначале его волновало только ваше местонахождение, но отчеты становились подробнее и подробнее. Он требовал больше деталей. Фотографий. Особенно, когда стало ясно, что вы в положении.

Проходит чуть больше часа, когда по шорохам за дверью я понимаю, что отец приехал. Я встаю, чтобы встретить его. В проеме сперва появляется бритый наголо охранник, но он быстро отступает в сторону, и я вижу Самсонова. На его лице хмурая сосредоточенность, он явно до сих пор не в духе, хотя моя улыбка действует на него. Он заметно выдыхает и подходит ко мне вплотную. Кладет огрубевшие ладони на мои плечи и притягивает, целуя в лоб.

— Зря ты сорвался, — говорю вполголоса. — Я рада видеть тебя, но необходимости не было. Я, правда, в порядке.

Мои слова звучат всё тише и тише. Рядом с отцом я становлюсь другой, мягче и послушнее, как будто наверстываю времена, когда не знала, что значит быть дочерью. В глубине души я невыразимо рада, что он прилетел. Я успела привыкнуть к его заботе, но все равно каждый раз чувствую укол из сотни вопросов. “Я правда так важна?” “Я нужна ему?” “Мы как настоящая семья?”