Книга Жестокие чувства, страница 28 – Агата Лав

— Третьяков хочет устроить экскурсию на соседний остров, – произносит Лебедев, рассматривая мое лицо, словно при утреннем солнце он замечает новые детали и это завлекает его. – Нужно уже собираться, позавтракаем на яхте. Ты не против?

— Не против, – я качаю головой, хотя меня удивляет, что он вообще спрашивает. – Только мне нужно умыться.

— Хорошо, только не наноси макияж.

— На мне сейчас макияж, Роман. – Я описываю круг ладонью у своего лица. – Это не совсем я…

— Хочешь сказать, что ты страшная без этого? – он усмехается.

— Нет, я симпатичная. Просто ставлю в известность. Мне показалось, что мне подбирали одежду и макияж на твой вкус.

— Я оценил, – он кивает. – Теперь давай без него и надень белое платье.

— Без проблем.

Я встаю с кровати и ухожу в ванную комнату. Рука сама тянется, чтобы закрыть замок, но я не делаю этого. Щелчок будет звучать странно. Я подхожу к раковине и быстро привожу себя в порядок. Смываю вчерашний профессиональный макияж, который прекрасно пережил беспокойную ночь. Я внимательно оглядываю себя, понимая, что выгляжу хорошо, но морщинки стали более заметны. Все-таки мне не двадцать. Я шагнула в тот возраст, когда начинается полоса препятствий. Наступает утро, и ты вдруг понимаешь, что так, как вчера, уже не будет. А потом еще одно такое утро и еще… Внешность меняется – это данность.

Потом приходится немного подождать, чтобы принесли нужное платье. Проходит еще минут десять, и я оказываюсь полностью готовой. Лебедев указывает на столик, на котором стоят две чашки кофе.

— У нас есть еще пара минут, – произносит он, не отрывая взгляда от телефона.

— Третьяков тоже уже готов? – спрашиваю его.

— Да, он покажет нам причал.

— А что это за остров? Там что-то интересное?

— Наверное, красиво, – он пожимает плечами. – Туда прилетает его невеста, мы как раз заберем ее. Здесь какая-то неприятность с посадочной полосой, поэтому ее самолет приземлится в другом месте.

Я застываю и, чтобы скрыть это, отворачиваюсь к окну.

Марианна.

Только этого мне не хватало.

А Герман уверен, что она не испортит его план и сможет сдерживать свою ненависть ко мне в присутствии Лебедева? Или она теперь законная жена и ей плевать на пустышек вроде меня, которых когда-то трахал Герман?

Жена…

Стоп, почему Лебедев назвал ее невестой? Они же сыграли свадьбу…

— Как я и думал, – произносит Роман, обходя столик, он оказывается прямо передо мной и кладет палец на мой подбородок, заставляя поднять лицо. – Ты очень красива.

— Спасибо.

— И еще кое-что, – произносит он, и прежде, чем я успеваю спросить, что именно, он склоняется и целует меня.

Его губы теплые и жесткие, они твердо знают, чего хотят. Это не осторожный поцелуй. Это захват и уверенное погружение. Он целует глубоко, насыщенно, будто хочет распробовать до последней ноты. Будто хочет зажечь в себе искру и почувствовать хоть что-то. Я поддаюсь, потому что так проще, потому что он мне не противен и потому что я тоже хочу получить хоть каплю удовольствия. Мы даже как будто в чем-то похожи. Пытаемся выйти за рамки сделки, которая свела нас в этой комнате. Он платит, я отдаюсь. Он изранен, меня… ранят прямо сейчас. В этом доме, который принадлежит Третьякову.

Так проходит несколько секунд. Искра если и загорается, то слабая. Это просто приятно. И странно. Но Лебедев умеет целоваться, он вообще кажется умелым любовником. Его рука скользит вниз, уверенно и плавно, к моей пояснице и ниже… я почти неосознанно выставляю ладонь, упираясь в его грудь. Жест получается нервным, но он считывает его моментально. Останавливается. Смотрит на меня с холодной ясностью.