Книга Опасность заводит, страница 89 – Агата Лав

Анна не знала, как остановить этот поезд. Он уже разогнался на всех парах и собирался крушить станции без разбора. Она уже видела его таким, уязвленным и оскорбленным глубоко в сердце. Так глубоко, что на поверхности только усмешка и тошнотворная самоуверенность.

— Ты хоть рассказал девушке, что к чему, прежде чем тащить в койку?

Он прищурил глаза и перевел внимание с Севера на нее. Сердце забилось вдвое сильнее, и она готова была спорить, что побледнела. Но самое страшное, мозг отказывался работать, ни одной подсказки, ни одного решения. Обычно в кризисные моменты она фонтанировала идеями и могла постоять за себя, но тут навалилось сковывающее оцепенение, будто тяжелые гири повесили.

Так и не придумав ничего, Анна кивнула.

— Что-то сомневаюсь, — резанул Марк, всего на мгновение позволив ощутить свой гнев.

Он наткнулся взглядом на галстук и поднял его.

— Почему без него? — спросил он у Севера с прежней улыбкой. — Веселее же.

— Это в твоем вкусе, — огрызнулся Север.

— Ну, одну проститутку ты трахнул тогда. Вместе с галстуком.

— Я был пьян. И подумал, что только так ты отцепишься.

Марк просунул руки в петлю галстука и наклонился к Анне. Она не стала противиться и поймала руку Севера, который хотел помешать. Красный галстук вновь оказался на ее шее, только Марк затянул туже. И он коснулся лица, медленно проведя по щеке. Его взгляд затянуло туманом, и он умолк, о чем-то размышляя или вспоминая.

— Марк, — позвала она, — это уже произошло…

— Встань, — приказал он.

И его руки грубо сомкнулись вокруг ее шеи и потянули наверх. Она вдруг оказалась перед его лицом и обжигающим взглядом.

— Я подталкивал тебя. Ты это хочешь сказать?

Правильный ответ. Правильный ответ. Ведь он должен существовать… Или молчание. Лучше всего молчание. Переждать и перетерпеть. Его все равно не остановить, пока он не выплеснет все, не отыграется за каждый порез и каждое лживое слово. Только пусть отыграется на ней.

— Нет, — ответила она.

— Тогда что?

Он встряхнул ее и подобранные бретельки вновь слетели с плеч, оголив ее.

— Ответь мне, Анна.

— Я люблю вас обоих.

Марк рассмеялся и грубо притянул к себе, прижав ее голову к своей груди.

— Она любит нас обоих, — выдохнул он в затылок.

Анна думала только о том, сколько еще? Сколько еще слов или даже ударов случится, прежде чем он придет в себя.

— Марк, достаточно, — отозвался Север. — Я прошу тебя. Ты выиграл…

— Ты не проверил ее, да? Он был в лифчике. Так торопился отыметь, что не прощупал.

Он оттолкнул ее и, сжав плечи до синяков, усадил в инвалидное кресло.

— Нет, Марк, — взмолился Север.

— Заткнись!

Марк пнул ногой колесо, и коляска с Анной откатилась назад. Марк же остался стоять на месте, он резко поднял руки и закрыл лицо, и принялся нервно растирать его ладонями. Он пытался успокоиться, найти равновесие…

— Хорошо, — кивнул он и опустился на матрас рядом с Севером.

Наступила тишина, звонкая и давящая, когда даже вдох боишься сделать. И собственные мысли звучат оглушающе. Они оба посмотрели на нее. Север с беспокойством и неудачной попыткой изобразить ободрение, а Марк с болью и отрешенностью, словно у него не осталось больше ни на что сил.

— Ты же не сказал ей? — спросил он у Севера удивительно спокойным голосом.

Север замялся. Анна не понимала его смятение, но ей показалось, что ответить ему мешает именно она.