Книга Лучший друг мужа, страница 22 – Агата Лав

Мне страшно. И я запоздало понимаю, что бояться надо не Кирилла, а саму себя.

Дома я ухожу в душ и долго стою под массирующими струями. Я глупо надеюсь, что смогу смыть наваждение. Вот сейчас, сейчас отпустит, да… нужно только подождать. Но перед мной по-прежнему стоят глаза Кирилла, горящие, бездонные… Я не знаю, что с ними делать, ведь они смотрят так глубоко в меня и видят, что я проигрываю. Поддаюсь.

Когда возвращаюсь в спальню, Вадим уже спит, подоткнув под себя большую подушку. Его одежда валяется на полу, что не в его стиле, но он действительно вымотался за последние дни. Меньше всего мне хочется будить его и начинать трудный разговор. И я почти готова признаться себе, что и не начну. Опоздала.

Хватит врать, Мира.

Я хочу поговорить с Кириллом. Нормально, насколько это вообще возможно. Проблема в нем и игнорировать свои чувства не получится – они все равно прорвутся. Уже стучатся и оглушают неожиданными открытиями.

Я ложусь рядом с Вадимом, забираясь под его руку. И он тут же сквозь сон крепко обнимает меня, сгребая в охапку, и продолжает мирно сопеть мне в макушку. А я не могу заснуть еще полчаса, то вздрагивая, то целуя его ладони. Мне неспокойно, и пришедший сон ничем не помогает. Потому что мне снится Кирилл. Смазанное воспоминание из дней, когда мы поменялись ролями в моей студии. Я стала его мягким пластилином и Кирилл с упоением лепил из меня всё, что захочется.

— Поставь серию, – произнес он, когда я подошла к камере на штативе. – И таймер на три минуты.

— Три? – я поднимаю одну бровь, недоверчиво покосившись на него.

— Три, – Кирилл кивает и подтягивает подушку в центр зала.

Он сидит на полу в одних джинсах, которые расстегнуты и показывают черную резинку брендовых боксеров. Волосы взлохмаченны и блестят на жестком свету специальных ламп, которые он захотел выставить слишком близко. Я смотрю на его босые ноги, без кроссовок и носок, и думаю, что он смотрится так уютно и по-домашнему, как обычный парень.

— Сделала? – спрашивает Кирилл и приподнимается, оставаясь на коленях.

Я киваю и иду к нему. Опускаюсь рядом и жду, что его руки выберут правильную позу для меня. На мне нет одежды, ни одной вещи, а волосы распущены и отброшены назад.

— Смотри в объектив. Только в него.

— Хорошо, – я вновь киваю. – Время-то идет…

— Сядь на меня.

И он садится на пятки, увлекая меня на свои бедра. Я ложусь на грудь Кирилла и непроизвольно улыбаюсь со смазанным выдохом. Я так люблю чувствовать его кожей к коже, что малейшего касания достаточно, чтобы я поплыла. Он умеет в каждом движении подразумевать секс, он, черт возьми, дышит им. И дело не в том, что он умеет и сколько у него опыта, он может просто стоять рядом и распространять вокруг себя порочную дымку. И тебе даже не нужны его прикосновения, ты просто напитываешься этим ощущением, как светом, наполняешься им и чувствуешь, как тепло растекается по всему телу. Как становится хорошо и чарующе мягко. Ты чувствуешь себя Женщиной рядом с ним в такие мгновения. Желанной и единственной.

Иногда бывает по-другому. Он знает, как достать из меня и последнюю шлюху и робкую девочку. Кирилл любит разные игры, но сейчас он невыносимо нежен и… светел, да.

— Ты в джинсах, – замечаю я, угадывая как мои ягодицы упираются в жесткую ширинку. – У нас новая забава?