Книга Идеальный мир, страница 29 – rrrEdelweiss

— О Фобос! Мой призрак помог тебе вынести себе мозги?!

— Да. И я безумно тебе благодарен за это, — Стокер поцеловал Тэсс в нос. — Я послал Его нахер и выстрелил.

Тэсс внезапно обняла его за шею и прижалась всем телом. Стокер почувствовал на ее щеке влагу и обругал себя последними словами: напугал, бессердечный солдафон! Не мог оставить при себе свои страшилки?..

— Ну-ну, девочка моя!.. Не буду больше такие страсти рассказывать!

Тэсс громко фыркнула ему в шею, а потом тихо рассмеялась.

— Мне просто стало ужасно жаль того, кем ты стал в том сне. Представила и… вот! — Она шмыгнула носом, но быстро взяла себя в руки и тепло улыбнулась. — Ты все же меня недооцениваешь, Сток: я тоже войну прошла и всякого повидала. Меня не так просто напугать!

— Угу! Сама кого хочешь напугаешь!.. Я лично всегда поджимал хвост, когда в твоих руках оказывалась монтировка!..

Они рассмеялись.

— Дурак ты, милый. Но за «девочку» спасибо! Продолжай, пожалуйста. Все это не объясняет того, что ты у нас вдруг записался в религиозные фанатики.

Настала очередь Стокера фыркнуть.

— Я выстрелил, и бластер сработал как нужно, но заряд не успел сделать свое дело. В следующую секунду я оказался в кромешной тьме. Ничего не было видно, никакой опоры не чувствовалось. Лишь невесомость, тьма и Его голос. Он не властен возвращать жизнь, Он бог Войны, а не Смерти. Но в Его силах было растянуть миг до бесконечности, и вот в этом безвременье мы с Ним и оказались. Ему не хотелось терять игрушку, приносящую столько жертв. Поэтому Он начал меня уговаривать вернуться. Взывал к чувству долга, к ответственности за целую расу, убеждал продолжить хранить Марс. Он нашептывал, что поможет подавить восстание, внушить народу покорность, сделать мою власть безграничной во имя всеобщего блага. Мне это было не нужно, точнее даже… я понял, что никому не принесу добра. Поэтому отказался… Тогда Он попробовал иначе: предложил вернуть молодость, устроить так, чтобы и твоей гибели не было. Сказал, что уговорит Смерть тебя отпустить. Начал показывать картины того, как мы с тобой проходим наш путь вместе. У нас… были бы дети, Тэсс, — он осторожно обнял ее, виновато поникнув ушами и антеннками, поглаживая по плечу. Они оба знали: ценою за годы их трусости и нерешительности стало потомство, которому не суждено было родиться.

— И ты отказался? — ее голос был ласков, но Стокер уловил в нем напряжение и нотки боли.

— Да. Прости меня. Прости!.. Я люблю тебя безумно, но я не мог позволить крови литься дальше в обмен на наше счастье! Это не исправило бы зла, что я причинил. Да и вряд ли ты смогла бы любить тирана. Поэтому от этого дара я отказался. Хотя далось мне это решение не просто.

— Ты поступил верно, Стокер, — она вздохнула. — Это было правильно.

— Мне кажется… Он посчитал так же. Что-то изменилось в голосе. Будто я перестал быть для Него игрушкой и послушной марионеткой, вызвал интерес и азарт. Тогда Он сказал: такие, как я, достойны испытать удачу и получить еще один шанс. За все те жертвы, что я, не ведая, что творю, принес, за кровь миллионов, которую пролил, Марс даровал мне одно желание. Но с условием: я должен правильно его сформулировать. Если найду верные слова, те, которые не смог сказать друзьям, Он изменит ход времени и все можно будет исправить. Если же не смогу этого сделать, не произнесу их — соглашаюсь вернуться на свое место, подавить восстание и продолжить править планетой так долго, как Он сможет поддерживать жизнь в моем теле. Долгие-долгие годы послушно выполнять Его волю. Он обещал, что я буду жить как минимум вдвое дольше любого марсианина.