Книга Настанет день, когда я разлюблю тебя, страница 2 – Мира Айрон

Несколько минут Вика молчала, оглушенная новостью.

— Я тогда тоже никуда не поеду, — выдавила она наконец.

— Викуш, не надо. Поезжай. Сама подумай: что ты тут будешь делать одна целых десять дней? У тебя ведь отпуск. А так развеешься, отдохнёшь, с родными пообщаешься. Время пролетит незаметно. А там и я приеду, на машине, быстренько.

Плечи Вики опустились. Она чувствовала себя собакой, которую хозяин привязал у магазина на солнцепёке, а сам не выходит уже битый час. А бедное животное уже теряется в пространстве и времени, и начинает подозревать, что его оставили у магазина навсегда, прицепив поводок к металлической трубе. Ну как так-то?! За что? Все мечты пошли прахом.

Коля взял Вику за руку, усадил её к себе на колени и быстро собрал губами слезинки с лица жены.

— Ну-ну, — тихо и ласково произнёс он. — Не узнаю свою Вику. У моей Вики всегда хвост пистолетом, а в глазах — огонь.

Вика усмехнулась сквозь слёзы и потёрлась щекой о короткие русые волосы Коли. Провела пальцами по недавно выбритой щеке, заглянула в родные зелёные глаза, и внезапно навалилось острое, тяжёлое, мешающее дышать желание. Коля всегда действовал на неё так. Он, только он смог вернуть её к жизни четыре с половиной года назад, когда они познакомились.

— Ну вот, наконец-то, — прошептал муж, быстро стянув через голову свою футболку и расстёгивая домашний халатик Вики.

Вика прижалась к его широкой груди, обхватила за плечи, и все беды отступили.

На вокзал приехали задолго до отправления поезда. Коля сдал билет, потом они с Викой посидели в одном из маленьких круглосуточных кафе. Есть не хотелось, взяли по чашке кофе.

— Я приеду сразу, как только всё закончится, Викуша. Какие-то десять дней, — Коля провел пальцами по щеке и гладким чёрным волосам Вики, с нежностью глядя в тёмно-карие глаза жены.

Вика поймала его руку и прижалась к ней губами. Сердце похолодело и замерло от дурного предчувствия. На душе было тяжело и сумрачно. Однако Вика решила, что достаточно уже ныть и виснуть на муже. Она-то хоть отдыхать едет, а ему предстоит провести десять дней в полевых условиях, занимаясь тяжёлым и опасным трудом.

— Да, Коля, я знаю. Буду очень ждать тебя. И осторожнее за рулём, отдыхай почаще, пока едешь, не гони. Я потерплю, ничего страшного. Главное, чтобы ты добрался хорошо.

— Не беспокойся обо мне, Викуша. Я всегда осторожен, ты же знаешь.

Коля проводил Вику до купе, помог устроиться. Вика занимала нижнюю полку. На место Коли от Казани билет, видимо, продать не успели. Значит, кто-то займёт полку над Викой позже, на другой станции.

Напротив Вики разместились две совсем молодые девушки, студентки, судя по всему. Вика была рада: девушки будут общаться между собой, а её персона им, к счастью, совсем не интересна. Не любила Вика задушевных бесед со случайными попутчиками, так вот получилось. И сама не желала делиться с чужаками сокровенным, и слушать их тайны не хотела.

Всё меньше времени оставалось до отправления, и Вика с Колей вышли в тамбур. Стояли, прижавшись друг к другу, и целовались, как подростки.

— Я тебя люблю, — вырвалось вдруг у Коли. — Очень.

У Вики опять начало саднить в груди. Муж редко говорил о своих чувствах вот так, прямо. Обычно он выражал любовь по-иному: заботой, лёгким подтруниванием, прикосновениями, нежностью, чувственностью, страстью, желанием…