Книга Когда мы разведемся?, страница 28 – Мира Айрон

— Наоборот хорошо, спасибо, Лариса Владимировна! От меня бы там какая помощь? А ты всё-таки специалист.

— Ну ладно, второго сам пойдешь рожать с женой. Ты так-то тоже врач, не забыл, пока ходил тут из угла в угол?

— Наоборот, остро вспомнил, — усмехнулся Глеб.

Они приехали в Алексеевск втроём, Лариса Владимировна вызвалась их сопровождать. Очень переживала за Алису, хотя не подавала виду.

— Хорошо вы родили, вовремя. К Новому году дома будете. Ох и сильная она у тебя! Ручки маленькие, а как вцепилась! — Лариса Владимировна растёрла запястье. — Не согласилась на кесарево, хотя предлагали, и успевали. Хочу, говорит, сама Глебу сына родить. Надеюсь, ты ценишь это, Глеб Андреевич?

— Ценю, Лариса Владимировна! Спасибо тебе за всё. И готовься крёстной быть.

— Ух ты, а вот за это тебе спасибо! Это честь! Буду готовиться, — она посмотрела на часы. — Всё, Глеб Андреевич, иди. Пора с сыном знакомиться.

Глеб послушно шагнул к белой двери.

* * * * * * *

Спустя 3 года, 31 декабря.

Алиса наряжала старую ёлку, которую принесли с чердака: доставала из коробки любимые советские игрушки, долго рассматривала.

Рядом возился трёхлетний Антон в костюме зайца, играл железной дорогой, которую ему подарила крёстная Лариса на три года. Он настоял, что дорогу надо непременно взять с собой на праздник к бабе Любе; пришлось везти на санках огромную коробку.

Поезд шумел и светился, чёрные глаза Антона сияли.

— Балует тебя крёстная, — рассмеялась тётя Люба, войдя в комнату.

— Крёстная знает, чем порадовать, у самой два сына, большие уже, — улыбнулась Алиса. — Мы теперь без этой дороги никуда, спать ложимся, рядом с кроватью ставим.

В дверях гостиной появился Глеб с Ариной на руках. Арине в октябре исполнился год.

— Мама, мы проснулись и даже нарядились, — сообщил Глеб. — Обычно мальчики — зайчики, девочки — снежинки. А у нас девочки тоже зайчики.

Арина была в пышном белом платье и заячьих ушках. Огромные голубые глаза светятся, во рту кулак.

— Мы есть хотим, мама!

— И есть хотим, и клыки у нас лезут, — Алиса хотела встать.

— Сиди, отдыхай, дочка, я накормлю. Что дать? Кашу, которую ты сварила?

— Да.

— И мне кашу, — подал голос Антон.

— Я уж думал, сын, ты нам компанию по пельменям и салату составишь, а ты всё кашу! — рассмеялся Глеб, усаживая Арину в стульчик и повязывая ей фартук. Антон устроился рядом, на табурете.

— Глеб! Ты ещё наливки предложи! — тётя Люба принесла две тарелки с кашей. Села рядом, начала кормить Аришу. Антон ел сам, большой уже, важный.

Глеб опустился на диван, достал из коробки игрушку, подал Алисе.

Сердце у неё забилось быстрее. Это происходило каждый год, но так и не потеряло острого ощущения счастья. Алиса сразу вспоминала, как Глеб не пошёл к друзьям четыре года назад, а пришёл к ним с тётей Любой, как они украдкой целовались, как от него пахло морозом… И как они пошли потом смотреть салюты…

Словно прочитав её мысли, Глеб тихо спросил:

— А салюты сегодня пойдём смотреть?

— Конечно! — так же тихо отозвалась она. — Это обязательная традиция.

Глеб притянул Алису к себе и поцеловал. Как хорошо, когда можно не прятаться!