Книга К таким, как ты, не возвращаются, страница 17 – Мира Айрон

К счастью, со стороны двора на воротах был большой засов, и Даша его задвинула. Может, и зря. Почему-то на душе было тревожно. Вдруг придётся улепётывать, а тут засов, возись с ним потом! Но Даше было как-то спокойнее с запертыми воротами.

Двери в дом оказались тоже открыты. Ожидаемо, но стало ещё тревожнее. Двери Даша тоже заперла изнутри. Пройдя через небольшой холл, Даша очутилась в гостиной, освещённой вечерним летним солнцем.

Сделав пару шагов, она вздрогнула и остановилась. На длинном кожаном диване лежал Баадур Александрович и глубоко спал. На нём были надеты футболка и джинсы, ноги босые. Рука безвольно свисала с дивана.

Неожидано громко зазвонил телефон, лежащий на журнальном столике, но хозяин дома даже не пошевелился. Даше стало по-настоящему страшно.

— Баадур Александрович! — дрожащим голосом позвала она, едва телефон смолк. — Баадур Александрович! С вами всё хорошо?

Глупый вопрос. Видно же, что нет, совсем не всё. И вряд ли хорошо. Даше очень хотелось развернуться и пуститься наутёк, но она не могла бросить человека в беде. Потому приблизилась к дивану.

Слава Богу, Баадур Александрович дышит. Но спит очень глубоко, и лицо у него слишком бледное.

— Баадур Александрович, проснитесь! Что с вами? — Даша потрясла его за плечо, правда, безуспешно.

— Баадур Александрович! — уже громче и увереннее позвала Даша.

Теперь она трясла его за плечи что было сил, даже устала. Кончик косы Даши касался лица Баадура Александровича, и тот вдруг поморщился, начал отмахиваться, смешно фыркнул.

— Смотри-ка ты, не нравится ему! — возмутилась Даша, но испытала огромное облегчение. — Просыпайся, эй!

Тёмные ресницы Баадура Александровича медленно поднялись, помутневший взгляд огромных зелёных глаз вперился а потолок.

Даша склонилась над хозяином дома, и кончик её косы на этот раз угодил тому прямо в нос. Баадур взял косу в руку, а взгляд его сфокусировался на испуганном лице Даши.

— Ну здравствуйте, Дарья Васильевна, — хрипло сказал Баадур. — Я так и знал, что вы затаили на меня обиду. Признавайтесь, что вы сделали со мной? Порчу навели? Или просто дали по башке?

— Ну… если вы шутите, Баадур Александрович, значит, не всё так плохо? — голос Даши опять предательски задрожал. Ей было очень жаль хозяина дома. — Здравствуйте.

— Здоровье мне сейчас не помешает, тут вы правы. А вы почему так испугались-то? На вас лица нет.

— На вас, думаете, есть?

— Умеете вы подбодрить, Дарья Васильевна! А телефон зачем сейчас достали?

— Скорую нужно вызвать.

— Нет, не надо. Не надо скорую, — Баадур положил ладонь на руку Даши, не давая позвонить.

— Вы что, боитесь врачей, Баадур Александрович?

— Я никого не боюсь, — ему удалось это произнести высокомерно, хоть он и смотрел на Дашу снизу вверх. — Просто чувствую, что не надо. Скоро совсем очухаюсь. Можете дать мне воды?

Кивнув, Даша с готовностью вскочила, но Баадур опять поймал её за руку. А себя тоже поймал: на мысли, что ему по-прежнему нравится прикасаться к Дарье Васильевне. Даже сильнее нравится, чем при первой встрече.

— Не трогайте, пожалуйста, ничего из того, что стоит на столе, хорошо? Воды наберите из кулера. Там и стаканы одноразовые есть, вот в такой стакан.

— Поняла, не беспокойтесь, — Даша скрылась в кухне.