Книга Андрей, страница 11 – Мира Айрон

Вопрос о том, чтобы обратиться к физиологическому отцу Павла с просьбой официально отказаться от сына, казался Андрею нравственно слишком сложным и тяжёлым. Имеет ли он, Андрей, моральное право на подобную просьбу? Ведь родной отец не открестился от Паши совсем. Да, предпочёл не общаться с нажитым на стороне сыном и сохранить семью, однако признал, и материальной поддержки совсем уж не лишил.

А так… Вроде, Паша называет отцом его, и даже отчество у Павла "Андреевич"…

Со временем эмоции Андрея улеглись, и осадка почти не осталось. Однако ревность он побороть не мог. Очень уж любил Свету, и представить её в объятиях другого казалось немыслимым. Андрей всегда был умным, добрым и рассудительным парнем, но житейского опыта, мудрости и умения философски относиться к некоторым вещам ещё не накопил.

— Спрашивай, конечно, папа! — Паша доверчиво смотрел на него.

Вроде, и далеко не впервые Пашка называет его папой, а сердце у Андрея по-прежнему ёкает всякий раз.

— Когда ты жил у бабушки и дедушки, там, в К……….ске, к тебе приходил отец?

В глазах Паши было непонимание, и у Андрея отлегло от сердца.

— Ты же приехал с мамой. Неужели не помнишь? Может, ты заболел?

Паша серьёзно смотрел в лицо Андрея, сдвинув светлые брови. Потом встал и прикоснулся губами ко лбу Андрея, так, как делали мама и бабушка, проверяя температуру.

— Вроде, всё хорошо, — деловито сказал Паша и покачал головой.

— Да, Пашка, всё хорошо. Не обращай внимания. Это я иногда играю в такую странную игру: кто задаст самый дурацкий вопрос. Кстати, ответ тоже может быть дурацким, так даже интереснее. Например, вот, классический анекдот. Вопрос: сколько лет ёжику, если асфальт ещё горячий? И ответ: зачем мне холодильник, если я не курю!

Пашка заливисто расхохотался, распугав в Бабке не то, что остатки рыбы, но и всех головастиков.

— Ух ты! Я тоже хочу поиграть в эту игру! Давай вместе играть, пап?

— Давай, — с облегчением кивнул Андрей: кажется, прокатило. — Кто начинает?

— Ты! У тебя очень смешно получается. А я пока поучусь.

— Тогда слушай. Пашка, признавайся, ты съел все яблоки, которые украл ночью в саду у бабы Шуры?

Пашка несколько секунд смотрел на Андрея, вытаращив глаза.

— Нет! — воскликнул он, наконец.

— Тогда давай, делись, жадина! У бабы Шуры самые вкусные яблоки в Заречном, — Андрей протянул руку в сторону Паши.

— Да папа! — опять захохотал Паша. — Нет у меня никаких яблок! Я не ходил в сад бабы Шуры, я вообще её боюсь!

— И зря. В смысле, зря боишься. Она добрая, просто суровая. А вот что в сад без приглашения не ходил — молодец. Чужое брать нельзя. Теперь твой вопрос. Слушаю внимательно.

Пашка долго морщил лоб, но так ни до чего и не додумался.

— Не могу. И как у тебя так круто получается, папа? Научи меня!

— Да легко получается. Идею вопроса я спёр из любимой книги, у Карлсона. Он троллил фрёкен Бок, но там по условиям игры можно было отвечать на вопрос только "да" или "нет". Не помнишь?

— Забыл. А какой вопрос задал Карлсон?

— Фрёкен Бок утверждала, что на любой вопрос можно ответить "да" или "нет". А Карлсон спросил у неё: "Ты перестала пить коньяк по утрам?"

Пашка опять задумался на несколько секунд, а потом снова засмеялся.

— Ты прочитаешь мне про Карлсона?

— Я же тебе читал, все три части.