Книга Этот огонь - мой, страница 3 – Мира Айрон

— И ты решил срочно туда ехать?

— Ну да. В конторе сегодня был, получил расчёт.

"Ещё и с деньгами! Как он пойдёт?!".

— Закрываемся, — подошёл Денис. — Вера, я тебя подвезу до общаги?

— Нет, — она приняла решение. — Пойду его до гостиницы провожать. Осталось выяснить, где остановился.

Егор назвал гостиницу. К счастью, идти недалеко.

— С ума сошла, Вера? — Денис побледнел.

— Денис, отстань. Он смертник, если его бросить.

Егор насмешливо смотрел своими синими глазищами на Дениса. Пьяный-пьяный, а что-то понимает.

— Как знаешь, — тихо сказал Денис и оскорблённо ушёл.

Мог бы и подвезти. Нельзя бросать людей вот так. Видимо, за машину боится. Хотя, тут каждый вечер пьяные, всех не перевозишь. Можно понять.

— Я сейчас, оденусь только, посиди.

— Посижу, Вера!

Она ушла в раздевалку, надела тёплые брюки, быстро накинула шаль и пуховик, сменила туфли на валенки.

— Застегни куртку, Егор! Шапка где? Всё, пойдём.

Он поднялся. И точно метр девяносто, не меньше. Вера со своими вполне средними метром шестьюдесятью почувствовала себя пигмеем. И плечи у него достаточно широкие.

Шёл очень нетвёрдо.

— Обопрись на мои плечи, — сказала Вера. Он послушался. Они вышли в резкий холод и метель.

— Когда у тебя самолёт?

— Чёрт его знает, не купил ещё билет.

— А где живёшь?

Он назвал город. Вера не слышала о таком.

— Это Урал, Пермский край. А ты? Девочка с Севера?

— Ага.

— Девочка с Севера, девочка ниоткуда, — пропел Егор.

— Вот-вот, — пробормотала Вера, таща его, как медсестра раненого бойца.

— А мне больше другая песня подходит, — усмехнулся он. И прочитал, как стихи: — И больше незачем звонить, закрыты двери. Ты встречаешь Новый год в своей постели…

— У тебя будет всё хорошо, Егор! Ты вон какой видный парень.

— Спасибо, — он посильнее сжал ладонью её плечо.

Наконец они подошли к гостинице. К счастью, Егор жил на втором этаже. Они поднялись в лифте.

— Всё, — сказала Вера, когда они остановились у его двери. — Ложись сразу спать.

— Спасибо, Вера! Глаза у тебя добрые… И цвет глаз красивый. У моей бабушки такая фиалка была: и не серые, и не голубые. И то, и то.

Он открыл двери, включил свет в номере.

— Запирайся, Егор! — она подождала, пока он закроется в номере. Быстро зашагала по коридору, а потом побежала бегом по морозу и метели. Её общага была неподалёку.

На следующий день у Веры был выходной. Через день она вновь работала.

Ближе к вечеру в кафе появился Егор, сел за столик в её секторе. Вера была уверена, что он улетел еще вчера. В любом случае, вряд ли он помнит что-либо.

Она подошла с блокнотом к его столу, поздоровалась.

— Привет, Вера! — улыбнулся он. И видя её удивлённый взгляд, продолжил: — Представь себе, я всё помню.

Он заказал салат, горячее и чай.

Когда Вера принесла салфетку и приборы, Егор вновь обратился к ней.

— Раскладывай всё помедленнее, поговорить нужно. Я вчера вечером приходил, когда отлежался. Тебя тут не было, только сердитый бармен, твой поклонник. Сегодня другой. Я поблагодарить тебя хотел. Спасибо тебе огромное, что не бросила меня пропадать, Вера! Ты человечище! Я не мальчик-одуванчик, конечно, но не привык так бухать. Спасибо!

— На здоровье, — Вера отошла. Её ждали за другими столами.

— Думала, ты улетел, — сказала она, когда принесла салат и хлеб.