Книга Соловушка, страница 12 – Мира Айрон

В ночной клуб, располагавшийся по соседству, требовались помощник повара, кухонная рабочая, уборщица. К счастью, санитарная книжка у Миланы ещё не просрочена, медосмотр пройден недавно.

Она решила не звонить, а подойти в клуб.

На чёрной двери красовалась неоновая бирюзовая надпись «SATELLITE».*

«Ну да, нельзя же назвать просто «Спутник», неинтересно», — усмехнулась про себя Милана. Решительно толкнув двери, она вошла в сумрачное полуподвальное помещение, спустилась вниз по лестнице мимо стен, стилизованных под кирпич, с неоновыми светильниками. Толкнула ещё одни тёмные двери, и в уши ей грянула ритмичная музыка.

В клубе были черные стены опять же «под кирпич», черно-белые фотографии на стенах, и всё тот же бирюзовый неон. Зал был просторный, посетители только начали собираться, почти все столы пустовали.

— У вас заказан столик? — раздался рядом громкий, хорошо поставленный голос. Перед Миланой стояла высоченная блондинка лет тридцати с небольшим, в чёрном брючном костюме без всякой блузки или рубашки, зато с бейджем, на котором было написано: «Изольда, старший администратор».

— Я по объявлению, по поводу работы, — перекрикивая музыку, ответила Милана.

Изольда сделала знак рукой, чтобы Милана шла за ней. Вскоре они оказались в тесном прокуренном кабинете; но шум музыки значительно отдалился.

— Тебе восемнадцать есть, надеюсь? — Изольда с сомнением посмотрела на невысокую фигуру Миланы.

Милана протянула паспорт.

— У меня прописки в Иркутске нет. В объявлении было написано, что помогаете с временной регистрацией приезжим?

Милану, кстати, удивил тот факт, что так открыто говорится о регистрации. Видимо, «крыша» у клуба что надо. Не боятся никого.

— Какие вакансии интересуют?

— Я повар по профессии. Вот трудовая, диплом, санитарная книжка. Могу и кухонной рабочей, и уборщицей.

Изольда закурила длинную сигарету и изучающе уставилась на Милану.

— Ну-ка встань, — скомандовала она.

Милана послушалась.

— Танцевать умеешь?

— Нет. Только петь. Окончила музыкальную школу, десять лет посещала эстрадную студию, потом хор.

— Фигура у тебя… И внешность яркая. Может, попробуешь стриптиз танцевать? Девочки тебя обучат. Неплохая работа, не всем предлагаю.

— Нет, ничего не имею против стриптиза, не считаю постыдным, но это не моё, — Милана начала торопливо собирать документы со стола. — До свидания.

— Да погоди ты! Что обиделась-то сразу? Благочестивая, прям как та Марта! Скоро Новый год, живых концертов много будет. Сегодня музыкантов нет. Завтра у них выступление, начнется в восемь вечера. Приходи часов в семь, главный их, Феликс, послушает тебя. Он один сейчас поёт, всё ноет, что вокалистки хорошей нет. Если им не подойдёшь, возьму помощником повара.

Феликс оказался настоящим музыкантом, таким типичным лабухом, лет пятидесяти от роду, с длинными, убранными в хвост аптечной резинкой волосами, в неопределенного цвета футболке и такого же оттенка жилетке. Милана много видела таких музыкантов на концертах во дворце.

Феликс имел, конечно же, абсолютный слух, владел всеми инструментами и бесконечно курил.

Милану он слушал ровно полминуты, потом кивнул: «Принята». Он сразу стал называть её Милка, как шоколад, а для остальных троих музыкантов из группы изрёк следующее: