Книга Нашей жизни танец, страница 25 – Мира Айрон

— Игорь...

— Я не говорил о том, что ты должна подготовить участников. Прими участие сама.

— Что? — опешила Лилия.

— Лилу, ты сейчас похожа на сову.

— Спасибо, — кивнула женщина. — Спасибо, что не на лемура.

— Обращайся, — невозмутимо парировал мужчина. — А что тебя так удивило?

— Просто я уже давно не танцую сама!

— Но это же не значит, что ты разучилась танцевать? За полтора месяца всё вспомнишь. Только учти, что до окончания приёма заявок осталось два дня.

— Нет, Игорь. Так подобные решения не принимаются. К тому же, мне... — Лиля замолчала, не закончив фразу.

— Хотела сказать, что у тебя нет партнёра? А если я отвечу, что есть? Согласишься участвовать?

— То есть... Ты? Но...

В голове Лилии пронеслась целая вереница бессвязных мыслей, и одна из этих мыслей была о том, что теперь-то она точно похожа на лемура.

— Я, Лилу, я. Но только при условии, что ты согласишься.

— А как же больница? Научная работа? Ведь нужно будет много тренироваться.

— Всё решаемо, — спокойно ответил Шестаков. — Соглашайся, Лилу! Поверь, тебе сейчас очень нужно именно это.

— А тебе, Игорь? Тебе это зачем?

— На этот вопрос я готов ответить, но только не сейчас.

— Когда? — требовательно спросила Лиля, которая не могла понять, почему для неё настолько важен ответ.

— После соревнований.

— Это запрещённый приём, доктор!

— Иногда все средства хороши, Лилу. Почти все.

— Скажи хоть, почему ты так называешь меня всегда? Лилу?

— Тебе не нравится?

— Игорь, я первая задала вопрос! Всё мне нравится, и я давно привыкла. Просто хочу знать.

— Мне в детстве очень нравился фильм «Пятый элемент». Такой ответ принимается?

— Ладно уж.

— Мы ушли от темы, Лилу. Нужно обсудить программу и репертуар. Предлагаю европейскую программу. Именно потому... что ты не любила её, а всегда предпочитала латиноамериканскую. Трудности такого рода сейчас пойдут тебе на пользу.

— Откуда ты знаешь, Игорь? О моих предпочтениях? Я никогда не говорила об этом.

— Просто знаю. Давай возьмём фокстрот или квикстеп. Или вообще смешаем их, секвей подобное допускает. Или смешаем пять танцев?

— Игорь!

— Что?

— Я должна подумать. Не могу принять решение вот так, спонтанно.

— Хорошо, — вздохнул Шестаков, поняв то, что и так знал: взять Лилу натиском не получится. — Но не забудь о том, что времени для подачи заявки почти не осталось.

— Помню, два дня. Обещаю, что дам ответ завтра. Сама позвоню тебе.

— Что ж, договорились, — согласился Игорь. — Но я буду надеяться на положительный ответ.

Когда Лилия провожала гостя в прихожей, раздался резкий звонок. Игорь, который стоял ближе к двери, приник к глазку и замер на несколько мгновений. А потом, не спросив разрешения Лилии, открыл. В дверях стоял Влад с букетом цветов.

— Шестаков? — воскликнул Влад.

Даже поздороваться забыл. Впрочем, удивление на его красивом лице быстро сменилось кривой усмешкой, а в синих глазах появился холодный и жёсткий блеск.

Игорь посторонился, пропуская в прихожую непрошенного визитёра.

— Здравствуй, Влад, — хмуро поприветствовала Седова Лилия.

Однако женщина вдруг с радостным изумлением поняла, что испытывает при виде бывшего только досаду. Больше ничего. Нет ни боли, ни горечи. Нет комка в горле, мешающего дышать и говорить. Нет тяжёлой пульсации в голове и подступающих слёз. И риторические отчаянные вопросы не рвутся с губ. Хотя один вопрос всё же возник: