Книга Больше не могу, страница 17 – Мира Айрон

— Спасибо, — хрипловатым от сна голосом сказала она. Хотела отстегнуть ремень безопасности, но обнаружила, что он уже отстёгнут. Илья и об этом позаботился.

— Не забоишься одна? — улыбнулся он.

— Нет, конечно! Собаки же есть. Без них бы не осталась одна ни в коем случае.

Она открыла дверцу, и Илья вышел следом.

— Пойдём, покажу двери на мой участок. Заодно сам лично закрою твои ворота изнутри и подожду, пока запрёшься в доме.

— В саду есть двери на твой участок?

Она не знала об этом.

— Да, мало ли что-то очень срочное. Так что можешь в гости ко мне приходить, не привлекая пристального внимания общественности, — улыбнулся он.

Элю смутило такое предложение. Интересно, почему тогда они с Любашей шли к нему через улицу? Видимо, на случай если спит? Или не один… Или спит и не один.

Почему-то эта версия не устроила Элю, хотя наверняка Любашей двигали именно такие причины.

Небольшие двери были в самом дальнем углу огорода. Эля в этой части огорода не была, там росла картошка. Потому и не заметила двери. Закрывались они на засов, чтобы собаки не открывали, как пояснил Илья, а над засовом была прорезь для того, чтобы просунув руку, можно было открыть двери со стороны соседей.

— Я буду тут приходить, так что не пугайся. Собаки меня знают. И ты тут приходи. А теперь пойдём, подожду, пока ты в доме закроешься. Потом уйду здесь, закрою на засов, а за машиной приду через улицу.

Эля насыпала корм собакам и взялась за ручку двери.

— Спасибо за чудесный вечер, Илья!

— И тебе спасибо. Ну раз нам обоим понравилось, то нужно повторить. Завтра отдых и прогулка с собаками, а на послезавтра изобрету какую-нибудь культурную программу, если ты не против.

— Хорошо, — улыбнулась Эля и шагнула в сени.

Закрыв двери, она смотрела в маленькое оконце, как Илья скрывается в темноте.

…Они сидели с удочками на берегу небольшой речушки, протекающей недалеко от села. Илья был категорически против того, чтобы идти рыбачить в форелевое хозяйство, располагавшееся прямо в селе. Он заявил, что там кто угодно поймает, даже двухлетний ребёнок, а рыбачить надо по-настоящему.

Хорошо ему рассуждать! Он уже трижды поймал, причём, довольно крупную рыбу. А у Эли даже не клевало ни разу!

Ей очень хотелось поймать, чтобы он ахнул просто! А то бросает на неё украдкой сочувствующие взгляды, пытается скрыть улыбку, думая, что она не замечает.

Но вытащил опять он.

— Пойду лучше, цветов домой наберу, — вздохнув, поднялась Эля.

— Ну цветов-то у вас там, в саду, конечно, нет! — иронично заметил Илья.

— Там садовые. А я хочу полевые.

— Да не расстраивайся ты так! Ну, не везёт в рыбалке…

— Угу, повезёт в любви, — проворчала Эля.

— Почему бы нет? — улыбнулся он, поднявшись, и пошёл к полю следом за ней.

Что он всё за ней ходит?! Думает, она совсем беспомощная?

Только Эля успела это подумать, как трава недалеко от её ноги зашевелилась, и появилось нечто чёрное, гибкое, будто струящееся.

— Мамочки… — прошептала Эля в ужасе, а потом заорала, что было сил: — Змея!

Она не помнила, как кинулась прямо к опешившему Илье и инстинктивно, ища защиты, вцепилась в его плечи.

— Тихо, тихо, нет у нас тут ядовитых змей, Эля, успокойся! Это уж! — сказал он ей, как ребёнку, и как ребёнка погладил по голове.

Опомнившись, Эля отстранилась, но всё ещё дрожала.