Онлайн книга «He как у людей»
|
Как бы там ни было, ничто не предвещало сообщения, которое Эйдин получила сегодня. «Вас вообще разрешается навещать, или всех посетителей мужского пола отстреливают на месте?» Эйдин с Бриджид смотрят друг на друга и хором взвизгивают — таких звуков Эйдин не издавала еще ни разу в жизни. Она просто сражена — это одно из ее любимых слов. Сражена! Она смотрит на экран в полуобморочном изумлении и представляет, как Шон с ревом мчится по извилистой дороге к школе на мотоцикле (или он не водит мотоцикл?), швыряет горящий окурок через всю парковку (или он не курит?), а потом обнимает ее за талию (она еще не придумала, что на ней будет надето, но уж точно не школьный джемпер) и увозит далеко-далеко, потому что больше не может жить без нее ни минуты. Звенит последний звонок, и ученицы Миллберна с мокрыми волосами и раскрасневшимися лицами, с папками, учебниками и карандашами в руках тянутся через «атриум» навстречу долгому, скучному, бесконечному школьному дню. Мисс Бликленд, сжимая в руке коробочку с мятным драже и блокнот, куда, без сомнения, готова занести любой намек на нарушение школьных правил, хромая, заходит в столовую, чтобы поторопить опаздывающих грозным взглядом. Эйдин торопливо выстукивает: «Из мужчин пускают только родственников. Будешь моим потерянным в детстве кузеном?:-)» — Супер, — одобряет Бриджид. — Эйдин Гогарти, — произносит Бликленд, и голос у нее негодующе подрагивает. — Третий звонок уже прозвенел. Бриджид отталкивает Эйдин от клавиатуры. Даже в дурацких очках и в пятнах жирного белого крема от прыщей вид у нее какой-то демонический. «Могу выйти с подругой сегодня в 16:00 и встретиться с тобой у реки напротив школы, мы всегда туда ходим». Она вопросительно приподнимает бровь, глядя на Эйдин. Та какое-то время колеблется, а затем кивает в знак согласия. Бриджид нажимает «отправить». — Эйдин Гогарти! Бриджид Кроу! Мне бы не хотелось лишать вас сегодня прогулки. — Нет, мисс Бликленд, — отзывается Эйдин. Почти в ту же секунду слышится сигнал: новое письмо. — Уже идем, — говорил Бриджид и шепотом добавляет: — Дырка вонючая. Эйдин видит, что ответ уже пришел. Он краток: «ОК, тогда увидимся в 4». * * * С половины четвертого и до вечернего чая пятиклассницы и шестиклассницы из «Фэйр», которые хотят выйти из кампуса на прогулку, должны расписаться в огромном кожаном фолианте. Этот гроссбух с двумя откидными деревянными створками вместо обложки, совсем как папин Оксфордский словарь английского языка, лежит возле логова мисс Бликленд, ее сторожевой башни с прозрачными стенами, где она неустанно изыскивает поводы, чтобы обрушить свою изощренную бесчеловечность на какую-нибудь невинную жертву. За эту свирепость Эйдин терпеть не может мисс Бликленд: за записями в этой книге она следит с такой же неотступной бдительностью, как и за каждой своей подопечной, за каждым их шагом «дома», от открытого окна в спальне до звука воды в туалете, и всегда знает, кто на месте, а кого нет, кто куда вышел и с кем, кто тоскует по дому и кого тошнит в кабинке. Подруги расписываются в книге, и Бриджид за спиной Бликленд показывает ей средний палец. Девочки объединяют свои капиталы (вместе набирается десять евро пятьдесят четыре цента), выходят за ворота и шагают по тропинке к магазинчику. Свобода! По крайней мере на полтора часа. В магазине Бриджид подмигивает старичку за кассой и берет десяток легких сигарет — как она часто утверждает, самой элитной марки в стране. Потом девочки переходят дорогу и направляются в запретную зону — на берег реки. «Река» — это сильно сказано, в этом месте она превращается в жалкий ручеек, но девочки как-то набрели на заброшенную, почти заросшую тропинку над самой водой, скрытую густой, буйной листвой, а рядом обнаружился разрисованный граффити мостик, под которым можно посидеть в уединении и поболтать. |