Книга Ничья…, страница 55 – Иман Кальби

— Сейчас же отпусти ее и бей меня. Это моя вина… Я обхитрила ее и выбежала из комнаты. Девушка делала свою работу!

Васель задержал на ней взгляд. Долго. Внимательно. Мрачно.

— Хорошо, – сухо ответил он, – ты сама выбрала этот путь. Суад, благодари свою хозяйку, она взяла твою боль на себя.

Но на удивление та лишь сверкнула на Владу полными ненависти глазами и молча вышла из комнаты.

Такая реакция девушки была настолько странной и неожиданной, что Влада даже растерялась.

— Следуй за мной, – сухо сказал он и развернулся.

Влада повиновалась. Сердце клокотало…

Они поднялись в ее комнату. Когда Васель по пути забрал из рук Умм Хсейн палку, сердце ее почему – то все равно ушло в пол. Наверное, в глубине души она надеялась, что он не посмеет ее тронуть….

— Давай, наказывай! – дерзко бросила в него Влада, как только дверь за ними закрылась. Рвано, эмоционально, так, как загнанный в угол котенок бросается на обидчика от страха и отчаяния.

— Скажи – ка мне, Влада, сколько тысяч раз я просил тебя никуда не лезть и не портить своими инициативами? – голос злой, но сдерживающий свои эмоции…

— И что, прикажешь смотреть на то, как в двадцать первом веке подвергают варварской экзекуции наемного работника?! Ну уж нет!!! Я даже смотреть теперь на тебя не могу! Неужели ты мог допустить, чтобы твоих людей били, словно они крепостные?!

— Почему ты не можешь понять, что не все так однозначно, как ты это видишь?! Влада, я бы ни за что не позволил случиться такому насилию под своей крышей. Неужели не очевидно, что угрозы Умм Хсейн – всего лишь элемент воспитания?! Она знает, что делает! И не мне влезать в ее работу и учить, как общаться с горничными. Каждый занят своим делом. Каждый знает свою зону ответственности и черту, которую нельзя переступать. Умм Хсейн – строгая руководительница, но она и мухи не убила в своей жизни! Я доверяю ей и даю ей право воспитывать своих подопечных так, как она это видит необходимым. Так работает иерархия, Влада. Каждый на своем месте, каждый доверяет друг другу. Каждый, кроме тебя…

— Я не верю, что это было только запугивание, – сложила руки на груди девушка и поджала губы.

— Теперь уже нет, как ты вмешалась! Ты опять выставила меня идиотом… Превратила банальный урок наставления в цирк и теперь сама будешь платить за свой язык. Устал от твоих выходок…-громко, устало вздохнул,– Ты должна научиться перестать бросаться громкими фразами, детка. Пора взрослеть… И брать на себя ответственность за то, что делаешь. Думать о том, что делаешь…На кровать. Животом вниз.

Влада нервно сглотнула, но повиновалась, затаив дыхание и невольно всхлипнув. До последнего она надеялась, что он блефует. В легких, казалось, не достает воздуха.

Он сел рядом. Задрал подол платья. Выше, чем это призывала делать Умм Хсейн, открывая подспудно и ягодицы. Провел по голым ногам.

— Грех портить такую красоту. Но желание женщины в спальне, – закон. Ты знаешь, что такое бастинадо или фалака, как ее называют на Ближнем Востоке, Влада? – поглаживания по ее ногам его горячими руками разгоняли кровь, обманчиво расслабляли.

— Нет, – ее сдавленный, почти на грани истерии от напряжения голос.

— Это одна из излюбленных форм наказания для женщин, в том числе и в гаремах. Когда строптивую наложницу клали животом вниз и с силой били ее ноги, а точнее – ступни. Боль в разы ощутимее, чем, например, от этого, – он сильно шлепнул ее по пятой точке, отчего Влада невольно вскрикнула.