Онлайн книга «Не твоя…»
|
— Что это было?– прошептала Влада своими пересохшими губами. — Обморок от перенапряжения, как сказал доктор. — Я не о том… Что это было? Где мы сейчас побывали? — А,– с деланной равнодушной интонацией произнес Карим,– это один из полевых госпиталей поблизости от линии огня. Самое опасное для нас место, слабое место, откуда мы выбиваем противника, чтобы замкнуть щит. Ночью правительственная авиация совершила налет. Они промахнулись, как результат– разбомбили несколько домов, где живут обычные мирные люди. Последствия ты видела… Сдавливающая тяжесть навалилась на все ее тело. Казалось, сама совесть схватила ее за горло, сжала в своих цепких клешнях сердце, ударила наотмашь по голове… — Теперь тебе понятно, кто такие твои друзья? Девушка закрыла глаза руками, не в силах пошевелиться. Картины увиденного продолжали давить на ее сознание, всплывали всякий раз, когда она закрывала глаза… — Зачем это вам?– нарушила она, наконец, молчание. Карим поднял на нее удивленный взгляд.– Нам? Ты о чем? — Вам всем… Жаждущим власти и денег, славы и почитания. Страдают невинные люди, пешки в вашей игре… — Ты что, не понимаешь? Это они бомбят нас, это они убивают наших детей, насилуют наших женщин, сжигают и разрушают до основания наши дома!!! — Вы делаете то же самое, Карим!!! Я видела. Я знаю! Ты думаешь, такого ужаса нет там, на другой стороне?! Когда вы стреляете из минометов по Дамаску, совершаете теракты, похищаете людей, убиваете их бесчеловечными способами, умудряясь записывать это на камеру,– уж не знаю, то ли для устрашения, то ли ради мести, то ли банально для развлечения… Господи, это же просто сумасшествие какое– то! Вы все бессердечны, если речь идет о власти! Простые люди для вас живой щит! Это вы привели к порогу их домов смерть и ужас, словно крысы чуму! Вы крысы, и вы бежите, оставляя их расплачиваться, словно крысы! Я слышала вчера ночью эту бойню. Ведь она была как раз там! Но вы повоевали, повоевали, и попрятались по своим подземным норам, огонь на себя приняли они, ни в чем не повинные старики, женщины и дети! — Замолчи,– цедя свою злость сквозь губы, прожигал ее глазами Карим, поднимаясь со своего места,– много ли ты понимаешь… Бессердечная дрянь. Ты даже сейчас их защищаешь… Она больше не отводила своих глаз от него. Внезапно стало наплевать на все последствия. — Почему эти люди все еще здесь, если тут идет война? Почему они должны жить между ваших автоматов? Почему Мария Павловна и Умм Бушер должны обстирывать твоих боевиков? Вы не стучались в двери этих людей, вы просто пришли и не оставили им права выбора! Он был почти на расстоянии вытянутой руки от нее, но внезапно остановился. — Они сами не захотели уходить… Они решили остаться со своими сыновьями, мужьями и отцами… Тебе тяжело понять, что такое родственные узы… К тому же на той, другой стороне, про них тоже никто не вспомнил… Влада опустила глаза в пол, качая головой. — Так не может больше продолжаться, Карим, это нужно останавливать… Вы все боретесь за лучшее будущее, но в итоге лишаетесь его. Они борются за сохранение настоящего, но и его у них нет… Вы теряете все… А ведь все вы сирийцы…все вы… — Знаешь, как я стал революционером?– перебил ее Карим,– конечно, твоя вчерашняя версия была бы более приятна и желанна для таких, как твой Васель… Они все пытаются понять нас, думая, что мы, как они, но это не так. Моя армейская карьера была блестящей. Ты права, связи в Сирии решают все… Предлагали перевестись в генштаб в Дамаск… Неплохо… Оставалось отслужить до конца года в военной безопасности в районе сирийской пустыни… В тот день наш взвод направили на площадь одного из мелких городков в районе для того, чтобы контролировать антиправительственное шествие. Тогда все только начиналось. Мы и значения никакого всему этому не придавали. Решили выставить нас как самых благонадежных и опытных… Помню толпу людей… Неорганизованную, немного растерянную, оглядывающуюся по сторонам. Они ждали, что среди них появится лидер, боялись, неловко переступая с ноги на ногу… И вот, посередине этого скопления людей послышался чей– то крик «Народ хочет свободы». Последовали аплодисменты, перешедшие в ритмичные хлопки. Словно люди выстукивали биения своего сердца, а заодно и будили свою смелость… Они пошли, сначала маленькими шажками и неуверенно, помню все с большим энтузиазмом, вторя себе «Люди хотят свободы». Кто– то из толпы прокричал «Люди хотят конца режима». И этот лозунг снова подхватили. Нам не говорили, что делать. Не давали никаких приказов заранее. Когда кто– то из наших спросил командира, тот ответил, что надо будет постоять для виду, чтоб люди не распускались и не нарушали порядок. Нам выдали боевые патроны, но сказали, что других нет и если что, нужно будет просто стрелять в воздух… |