Онлайн книга «Одержимые. После»
|
Глава 7 Анвар Она спала. Хрупкая, беззащитная. Эфемерная. Удивительная. Сел рядом, на краешек кровати. Тихо-тихо, чтобы не нарушить ее покой, не спугнуть чуткий сон. А он точно знал, она спит беспокойно. Иногда мучается бессонницами, которые, казалось сейчас, в ее положении, усугубились особенно. Все потому, что она очень субтильная. Ребенок забирает много ее сил, провоцирует анемию, зажимает кровоток, от этого все время мурашки по конечностям и чувство атрофированности. Он специально говорил с врачом, чтобы она не знала, а то расстроится, что он влезает в ее «женские тайны». Такая наивная… Какие у нее могут быть от него тайны. Никаких… Он маниакально знал о каждом ее шаге, каждом движении. Получал изощренное удовольствие от этого чувство оберегающего контроля. Эта любовь накрыла его цунами. Не постепенно, не планомерно, а одним глотком воздуха. Вдохнул-и всё, пропал… Или напротив, спасён… Многие шептались у них за спиной- почему? Далия была красивой девочкой, но явно ягода не поля Анвара. Простая семья, пусть и интеллигентная. Работа балериной- далеко не самая почетная специальность на Ближнем Востоке. А вот он сразу знал ответ. Как только увидел ее. Сразу почувствовал. Перед ним стояла девочка, о которой отчаянно хотелось заботиться, защитить, закрыть от всего мира. И он тоже это почувствовал- легкую ностальгию по своему первому сильному чувству- неподдельным эмоциям к взрослой прекрасной женщине, в чей фантом он был, как казалось, влюблен столько, сколько помнил себя… Он ходил к психологу годами, поэтому на очередном сеансе им не составило труда вывести формулу, закрывшую долгие годы нереализованный гештальд. Анвар искал свою асфуру (араб.-голубка)*. Искал её в Амаль- так сильно похожей на свою мать внешне, но совсем иную внутри. Амаль была хищницей, прирожденной королевой. Ее невинность и простота были лишь неизбежностью юного возраста. Они уступили место мудрости и шику, стоило только ей перейти из девичества в женственность. Маду- огонь, пламя, страсть… Он любил свою первую жену когда-то. Вернее, не так. Он горел ею. Невозможно не гореть той, что обжигает, потому что пламя ее слишком сильное. И ему тоже казалось какое-то время, что ее огонь нужно защищать… Маду была тоже со шрамами на душе с детства, тоже по-своему не понята и несчастна. Но она тоже была хищницей. На верхушке пищевой цепочки. Ей не нужна была его защита. Напротив, она тяготилась ею. Их любовь не прожила и трех лет, хотя именно столько главные знатоки этого чувства- так любимые и понятные самой Мадлен французы- дают ей… Их расставание было неизбежным и органичным. Без криков, драм, скандалов. Конечно, язвительность бывшей жены не могла не отдавать рикошетом по его нервной системе, и без того расшатанной непростой работой премьера, но они все равно умудрялись поддерживать ровные, конструктивные отношения друг с другом. В последние месяцы стало даже полегче- у нее кто-то появился, хоть она это усиленно и скрывала от семьи. Серьезный знак- у Маду так всегда, если она демонстрирует что-то, играет на публику, почти гарантированно, что это нарочно, несерьезно, назло. Это такой ее внутренний подсознательный протест. Всегда так было. Даже в детстве. Если же держит что-то за семью печатями- то прими распишись… |