Онлайн книга «Грех Кабила»
|
— Наступит день, моя принцесса, когда твоя роза станет самой яркой и благоухающей в райском саду. Не спеши рвать ее и дарить первому встречному, даже если его речь будет сладкой, как мед, а сам он напоминать прекрасного малака (араб.-ангел). Ты узнаешь своего мужчину. Обязательно узнаешь. А он узнает тебя. Достаточно будет вашим взгляда пересечься раз, чтобы ваши души поняли, что созданы друг для друга. И может не быть в том взгляде ни волоокой прелести, ни обжигающей красоты, прячущейся за пышной завесой ресниц. Ничего может не быть, но ты увидишь. Узнаешь Его. Этот день наступит, дорогая. Помяни слово старухи Зухры, даже если я тогда уже стану прахом… Элисса почувствовала, как из окна подул освежающий ветер, качнув балдахин. Обернулась на дверь, ощутив сквозняк. Тонкая фигура служанки в белом платке и сером платье в пол появилась с подносом и раболепно склонилась в покорной позе. — Как тебя зовут?-спросила Эли, не признав женщину. — Я Эдме, Лалла Элисса. Мы с Вами еще не знакомы. Я не бываю в главном дворце. Хозяин держит меня здесь. Желаете что-нибудь еще? Кофе или чай? Могу сделать Вам травяной… — Где Зейнаб? Женщина пожала плечами. — Не знаю, о ком Вы. В этом доме есть только я, конюх Идрис и садовник Махмуд. Сюда не приезжают другие слуги, если хозяин того не прикажет. Странно… Значит это было все-таки видение. Значит не было здесь никакой Зейнаб. А ведь как четко, как явно она ее видела… — Как господин Бензема?– спросила тут же Элисса, понимая, что если ее разговор с Зейнаб был сном, то о его состоянии на самом деле она вовсе ничего не знает. Волнение тут же схватило за горло. — Ему уже намного лучше. Пулю извлекли еще вчера. Сегодня спало даже воспаление. Он идет на поправку. Сиди (прим.– в странах Севера Африки уважительное обращение к высокородному мужчине) Агилас сильный кабил. Его кожа создана для того, чтобы принимать удары врагов. Эли только сейчас поймала себя на мысли, что Эдме выглядела совсем не так, как Зейнаб. Женщина перед ней была чистой кабилкой, пусть и старалась говорить с Эли на арабском. Светлая кожа, голубые глаза, льняное черное платье в пол с яркими узорами из плотных ниток, завязанный бахромой наверх платок… Почему-то сейчас ей захотелось перейти именно на местный язык, пусть она еще и не была в нем совершенна. Ей казалось, так получится доверительнее настроить диалог с этой женщиной. — Вчера? Когда мы… приехали?– спросила на кабильском. Сколько она спала? Сколько времени прошло, как они здесь? — Вы прибыли в дуар (араб.– поселение в странах Севера Африки) вчера в полдень, когда солнце стояло в зените. Вы были без сознания, госпожа. Сиди Агилас распорядился переодеть вас, обтереть ключевой водой от жара и положить отдыхать. С того момента Вы не просыпались, разомкнув веки только к сегодняшнему вечеру. Она выдохнула, задумавшись. Так вот почему так хотелось есть. Оглядела себя, наконец. Серовато-жемчужная приятная хлопковая ткань платья с небольшой, типичной для кабильских районов, вышивкой на груди перламутровым люрексом и жемчужинами ниспадала до самого пола свободным кроем. Оно было мягким и обволакивающим, ласкающим ее после пережитого стресса. Вспомнила о случившемся и снова встрепенулась. Иштар, ее сестра, ее родители. Они в курсе о том, что произошло? |