
Онлайн книга «Корпорация "Винтерленд"»
У Гриффина же вроде есть машина. Они останавливаются у входа. Ворота нараспашку: заходи кто хочешь. Обозначения непонятные. Джина расплачивается и выходит. Такси разворачивается и уезжает. Она оглядывается. Тут пустынно, холодно и очень ветрено. Вся территория залита нереальным оранжевым сиянием прожекторов, расставленных по периметру промзоны. Джина заходит, поворачивает направо, шагает к третьему ряду зданий. В дальнем конце виднеется стена, исчирканная граффити. У первого ангара припаркованы два фургона и здоровый грузовик. Кроме них да еще нескольких отдельно стоящих тачек, в складском дворе ничего нет. Интуиция подсказывает ей, что одна из машин стоит как раз перед боксом сорок шесть. Она направляется туда, придерживаясь левой стороны. Темно — хоть глаз выколи. И очень неуютно. Что она творит? Высоко в небе сияет луна. Время от времени ее накрывает ошметками облаков. В узких проходах между ангарами гуляет ветер. Подойдя к боксу сорок шесть, она видит, что верхние матированные окна светятся. Значит, внутри кто-то есть. «Сааб» запаркован прямо перед подъемными воротами. Рядом с ними — черная металлическая дверь, оснащенная звонком и переговорным устройством. Готова ли она? По правде говоря, не очень. Вперед ее гонит чувство ответственности. К тому, же, если быть абсолютно честной, Марк Гриффин ей понравился. Он милый. Интересный. Симпатичный. Допустим, нестабильный и даже опасный, но те же эпитеты легко применимы сейчас и к ней самой. Она звонит. Ждет. Проходит десять секунд, не меньше, и только потом раздается щелчок. Дверь открывается. Сначала никого не видно. Как будто дверь открылась автоматически. А может, так оно и было. Только Джина собирается окликнуть Марка, как перед нею вырастает незнакомец. Держит дверь открытой, словно приглашает войти. Сердце Джины уходит в пятки. Это невысокий плотный мужчина неполных пятидесяти лет. — Мм… — Вы Джина, не так ли? На мужчине черные джинсы и черная куртка на молнии — у Джины почти такая же. Лицо у него круглое, упитанное. Джина не двигается, молчит. — Марк попросил меня дождаться вас, — сообщает мужчина. — Его пришлось отвезти в больницу «Сент-Фелим». — О господи! — восклицает Джина и подносит руку ко рту. — Как он? — Теперь, надеюсь, нормально, — со вздохом произносит мужчина. — Звонил он в жутком состоянии. Я тут недалеко живу. — Он протягивает руку. — Зайдите на секунду — я все вам объясню. Джина делает шаг вперед. «Больница, больница, больница», — отдается эхом в ее голове. И вдруг до нее доходит. У Марка был номер ее мобильного. Почему он не попросил этого типа позвонить ей или… Она оборачивается. Мужчина уже закрыл дверь и подпер ее собственной спиной. Слушайте, — произносит Джина, — я думаю, мне лучше… — Не-не, все супер, — подмигивает он. — Но нам придется погутарить. Джина не отвечает. Сердце выскакивает из груди. Она уставилась на мужчину; атмосфера накаляется. В конце концов она берет себя в руки и спокойно произносит: — Где Марк? — С ним все в порядке. Но я соврал: он не в больнице. Пока. Хотя, ручаюсь, он там, сука, будет, если не станет осторожнее. — Где он? — С ним все нормально. Не парься, э-э-э… — Он делает паузу, которая заполняется омерзительной ухмылкой. — Не забивай этим свою хорошенькую головку. Боже, помоги мне! Джине дурно. Она отворачивается и делает несколько шагов вглубь склада. Больше всего ее волнует вопрос: одни ли они здесь? Есть ли кто-нибудь еще? Пока никого не видно. Только офисная перегородка в углу да сложенные справа на платформах поддоны. Маленький погрузчик, Случайное барахло, разбросанное по полу. Деревянный ящик. Помещение ярко освещено; с потолка свисают блоки ламп дневного света. Внутренний голос твердит: не показывай, что тебе страшно, не показывай. — А ты-то кто такой? — нагло спрашивает она, опять повернувшись к нему. Мужчина все еще подпирает дверь. Он осматривает ее с головы до ног. — Я посланник, — отвечает он. — Тогда передавай свое послание и выпусти меня отсюда. — Не так быстро. — Он отступает от двери. — Бывают послания длинные и сложные. На их доставку уходит… больше времени. Господи Исусе. Она держится из последних сил. И это после всех ее измышлений, сомнений, бдительности, порой доходящей до невроза, боязни быть сбитой с толку. Теперь еще и это? — Где Марк Гриффин? — снова спрашивает она. — В жопе. Я тебе сказал уже, мать твою, что все у него в порядке. Просто легкий, как это ты давеча выразилась, «посттравматический синдром». Правильно я излагаю? Типа психическое расстройство. У нее сейчас глаза на лоб полезут. — Вы прослушивали телефон? Господи! Что-то пробегает по лицу мужчины — легкое раздражение, что ли. На себя? За неосторожность? — На кого работаешь? — спрашивает Джина. — Шестерка! — Заткнись, сука! Теперь он точно взбесился. Джина не понимает, хорошо это или плохо. Она вообще не понимает, что творит. И делает пару шагов назад. — На Ларри Болджера? — спрашивает она, — Ты на него работаешь? Мужчина смеется: — Да ты, голуба, похоже, ни хрена не знаешь. Он обходит ее медленно по широкой дуге, не отрывая глаз ни на секунду. Джина поглядывает на дверь. — Открыто, но я бы, милая, не рисковал. Далеко ты не уйдешь. Она переводит глаза на него. Он достает из кармана пушку, помахивает ею в воздухе. — На улице, — произносит он, — так ветрено, что никто и шороха не услышит. Джине тяжело дышать. Как там, кстати, — продолжает он и засовывает пушку обратно в карман, — говорилось в кино? — Он прикусывает губу и пару секунд вдумчиво ее пожевывает. — Точно. «В космосе никто не услышит твой крик». Помнишь? Джина отступает еще на несколько шагов. — Я просто собирался передать тебе… мм… сообщение, — докладывает мужчина. — Если ты, конечно, понимаешь, о чем я. И покончить с этим. А теперь я в сомнениях. Думаю, может, сначала передать тебе еще кой-чего? Все-таки ты очень груба со мною. А здесь, сама видишь… здесь так уединенно. Джина глазам своим не верит: он подносит руку к промежности, легонько нажимает и делает резкий вдох. — Давай, — командует он, — снимай свою гребаную куртку. Пошевеливайся. У нас не вся ночь впереди. |