Книга Не молчи, страница 24 – Иман Кальби

Вика сконфузилась. Женя невольно надавила на больную мозоль. Она и сама чувствовала себя некомфортно в этом пространстве, его пространстве, но сказать что-то поперек мужу не осмеливалась. Да и он сам довольно нетерпимо относился к любым ее попыткам что-то самовольно переставить или поменять.

Увидев немой вопрос в глазах Вики, которая не совсем поняла, откуда Женя знала интерьер квартиры, та словно поспешила оправдаться.

— Пару раз зависали здесь с Максом на бухачах. Было дело.

Вика улыбнулась, почувствовав, как расслабилась от ее слов. Действительно, с Максом они были очень дружны еще со школы. Оба постарше неё. Могли и тусить вместе с Алексом и его друзьями.

— Так, подруга, покажись-ка!– Женя игриво оглядела Вику со всех сторон, скорчила гримасу.

— Такая же красотка, но какая-то бледная, изможденная. Этот тебя совсем в черном теле держит?

— Нет, ты что!– прозвучало максимально искренне,– всё в порядке. Просто рано вставать. Я уже полуспала, когда ты позвонила. Так сказать, не в кондиции.

Конечно, она врала. Никогда Вика не могла уснуть, пока Алекс не заявлялся домой, а заявлялся он преимущественно все позднее. У них вообще всё было сложно. С дня рождения его мамы они, казалось, отдалились друг от друга еще дальше. Почти не разговаривали, а если даже Вика и начинала, то отвечал он, как правило, односложно и глядя в телефон.

Девушка не могла не начать изводить себя мыслями, что у него кто-то появился, грызть себя и винить, что сделала что-то неправильно. И в то же время, сказать, что он утратил ко мне интерес, было нельзя. Секс между нами был регулярным и довольно бурным. Просто было в действиях Алекса какое-то бездушие что ли. Механика. Без нежности и интимности, так нужной в паре. Так нужной хрупким, чувствительным девушкам, вроде неё.

— Тащи сюда бокалы и давай- ка распаковывай мои подарки!– снова весело скомандовала Женя.

Пара умелых манипуляций подруги – и пробка вылетела из пузатой бутылки, брызнув на стеклянный стол парой капель игристого. Женя наполнила их бокалы, а Вика со смесью удивления и восторга смотрела на извлеченное из пакета платье.

— Считай, это подарок по случаю свадьбы. У меня же не получилось прилететь. Оно, кстати,– моего производства, Викусь. Когда придумывала его, думала о тебе.

Вика примерила обновку и обомлела. От того, как красиво платье подчеркивало её фигуру, от того, насколько эффектным и одновременно с этим изысканным было. Черная ткань обхватывала шею в воротник-хомут и струилась по телу, красиво ниспадая на бедрах. Нежная драпировка придавала женственности, но словно бы давала всему образу флер роковой, дорогой женщины.

— Так, завтра идешь в нем! Еще волосы нужно собрать в жгут и глаза подчеркнуть черным – и вообще все попадают!– с искренним восторгом воскликнула Женя, рассматривая подруга.

— Куда иду? Ты о чем?– опять не поняла Вика.

— Мда… Внимательность- твоя лучшая черта, милочка. Вообще-то завтра мой день рождения. Я для этого и притащилась в Москву. Предки улымывали. С утра я с ними, а вечером собираю ребят в клубе. Потанцуем, оторвемся, как в старые добрые времена. Я поностальгирую по словному столичному прошлому – и с чистой совестью укачу в свой Милан- дальше тосковать по родине оттуда, на расстоянии.

Вика оторопела. В последний раз она была в клубе на свое восемнадцатилетие, а после этого…