Книга Фиалка для мажора, страница 118 – Карина Мин

По-моему, в этот момент Валерию Валерьевну окончательно проняло: бокал в её руке, который она только взяла, едва заметно звякнул о тарелку.

— Батюшки... — Вероника Павловна вдруг всплеснула руками, и ее глаза задорно блеснули. — Я стану прабабушкой?! Да еще и дважды за раз?! Слышишь, Игорь, твой оболтус перевыполнил план! Олежка, иди поцелую! Романовская порода, не иначе! Юлечка моя дорогая, поздравляю!

Аркадий Валерьевич добродушно, громко рассмеялся, поднимая свой бокал:

— Игорь, поздравляю, будущий дед! Игорь, Юля, мои поздравления.

Игорь Романов, до этого хранивший молчание, перевел взгляд на Олега. В глазах бизнесмена читалось такое глубокое мужское уважение, какого я, кажется, в нем не видела. Он одобрительно кивнул головой и перевел взгляд на меня:

— Молодцы. Юлечка, выпьем за твое терпение и стойкость. Чувствую, с твоими Романовыми тебе понадобится вся твоя строгость и любовь.

Я тепло улыбнулась, чувствуя, как остатки паники окончательно отступают. Краем глаза я посмотрела на Валерию Валерьевну, которая в этот момент делала большой глоток вина, видимо пытаясь переварить новость о том, что ее элитный снобизм окончательно разгромлен стопроцентной перспективой стать бабушкой.

И, уткнувшись носом в пахнущую дорогим парфюмом шею Олега, который бережно притянул меня к себе, я подумала, что с ним и я и наши будущие малыши в полной безопасности до конца жизни.

— Да не крутись ты, Юля, я макияж смажу! — визажист в панике замахала на меня спонжем, пока Марина судорожно пыталась застегнуть три десятка пуговиц на спине моего свадебного платья.

Я глубоко вдохнула, глядя на свое отражение в огромном зеркале отеля «Националь». Из зеркала на меня смотрела абсолютно незнакомая девушка: в умопомрачительном, элегантном белом платье по фигуре, которое аккуратно скрывало пока еще плоский живот, с мягкими локонами и той самой нитью крупного жемчуга на шее — подарок Вероники Павловны.

— Девочки, я сейчас в обморок упаду, — честно призналась я, чувствуя, как ладони становятся влажными. — Мне кажется, я забыла, как ходить на таких каблуках.

— Только попробуй мне тут упасть! — в гримерку царственной походкой вошла Вероника Павловна в своем неизменном брючном костюме, на этот раз глубокого синего цвета. За ней шуршала длинным подолом платья Кира, которая уже успела стащить с фуршетного стола бокал шампанского. — Юлечка, детка, ты прекрасна. Наш Олежка на улице уже третий круг вокруг своего спорткара нарезает, извелся весь. Игорь его успокоить пытается, но там, по-моему, проще стартап за миллиард продать, чем Романова-младшего приструнить.

Дверь приоткрылась, и в комнату робко заглянула Тамара Ивановна, уже шмыгая носом в кружевной платочек.

— Принцесса наша... Ну надо же, какая невеста. А ведь еще недавно в учебной части с ведомостями сидела! Юля, ты только не плачь, а то у меня самой тушь потечет.

От этой концентрации тепла и предсвадебного хаоса у меня защипало в глазах. Но расплакаться мне не дали. Ровно в три часа дня тяжелые двери зала регистрации распахнулись.

Регистрация в ЗАГСе на Грибоедова была закрытой и только для своих. Когда папа вел меня по ковровой дорожке, я видела лица нашей новой огромной семьи. Моя мама сидела в первом ряду, сияя от гордости и то и дело победно поглядывая на тетю. Рядом с ней сидела Валерия Валерьевна, которая, вопреки ожиданиям, выглядела смирившейся и даже благосклонно кивнула мне. Декан Аркадий Валерьевич довольно улыбался в усы, а один из друзей Олега, тот самый Руслан Кирсанов, выряженный в непривычный для него строгий костюм, криво усмехался, держа в руках огромный букет из фиалок.