Книга Заброшка, страница 11 – Эра Думер

Сконфузившись, молча смотрела в ее зеленые, как седая трава, глаза, пока меня не одолело гнусное озарение: я не разделяла их стремлений спастись. Как только мы доберемся до заветной двери на выход, макет Яна примет Т-позу, если не раньше, а Вельзевулы упорхнут к родителям, имитируя академический отпуск. Я останусь предоставлена сама себе – в одинокой Вселенной, полной властных богов, где нам с Яном не суждено встретиться. Потому что я не обладаю магией и не умею ходить сквозь стены. О, черт, какой же бардак в голове.

Когда мы вернулись спустя полчаса, обсуждая нелепые привычки Зевы, которые веселили нас, он как раз закончил манипуляции над макетом. У меня екнуло сердце, стоило увидеть тело, закутанное в спальный мешок. Я направилась к Яну, но Андрей преградил мне дорогу, раскинув руки, и с мягкой улыбкой шепнул:

— Перезагружается. Не будем будить.

«Перезагружается». Как машина, компьютер – коллеги по подземке совсем не скрывали, что относятся к манекену, как к старенькому ноутбуку, которого и сдать в утиль жалко, и использовать ни с руки. Вот и выжимали последние силы. Пусть я так думала, но вслух не произносила. Кто я, в сущности, чтобы указывать ученым, какими путями добиваться открытий? То, что в родном мире я могла выпить парацетамол и сбить температуру или принять обезболивающее, заслуга исследователей и сотни загубленных подопытных животных. Психологически проще ставить эксперименты над неодушевленным предметом, а не над пушистым крольчонком.

— Как результаты? – спросила Веля, когда мы зашли за бетонное сооружение, напоминавшее то ли маяк, то ли водонапорную башню, выкрашенную в зеленый.

Зева развел руками. Веля с шумом выдохнула, потирая рот.

— Не хочу лезть со своим уставом в чужой монастырь, – нашлась я, – но вы не пробовали сменить тактику?

— И чем же плоха тактика анализа? – поспорил Андрей. Он поправил очки и подпер бока. – Я подключаю персональный контактер к макету и навожу порядок в его файлах, тем самым разгребая гигабайты барахла, которое закачал в него мастер. Да я полезен как дятел для дерева!

Эвелина покусала губы и перевела тему разговора:

— После выхода проблемы не закончатся. Нас разыскивают, Зева, и я даже благодарна тому пропойце, что отправил нас сюда.

После того, как я морально отошла от эпизода с Ателланой и главой Школы Порядка, спутники поведали мне, что сразу после того, как я умерла, Джа-и настиг их в одном из бесчисленных подъездов и со словами «вас спасет только вера» открыл портал и бросил их в неизвестности. Демиург произнес фразу на инитийском, поэтому Вельзевулы не сразу осознали грандиозную игру слов, но вскоре до них дошло, что Джа-и имел в виду меня. Конечно, надежды на мертвую землянку Повелители не питали – правда у них возникло предположение, что я все-таки осталась жива, так как ЦеЦе в моем ухе подавал слабый сигнал. Ведь кого тогда отправили в симулятор студентки меда?

— Послушай, – она перебила его попытку возразить, – мы с тобой увидели лишнего. К нам обращаются…

— …если очень хочется глянуть, – довершил не своим голосом Андрей и сглотнул.

Мой тяжкий вздох интерпретировали как критику имиджа Вельзевулов – Повелители смущенно шаркнули ногой, пробубнив что-то про ребрендинг.

— Помимо очевидных рисков, – продолжила Эвелина, – мы можем оказаться под перекрестным огнем разборок вселенского уровня. То, что нам удалось записать на ЦеЦе аферу Дайеса Лебье и того паренька Шредингера, что и жив, и мертв, – вершина айсберга. В дело вступает Эйн-Соф, которая не допустит утечки информации. А мы, Зева, – утечка информации на ножках! Капец.