Книга Тайрин, страница 29 – Тамара Михеева

Бабушке все это не нравилось.

— Дружба с книжниками не доведет до добра, – говорила она. – Того и гляди в нашу белочку влюбится кто-нибудь из них, и что нам тогда делать? Отдавать ее замуж за книжника?

— Ох, мама, – вздыхала Гела, – кто в их возрасте не влюблялся? Пройдет.

— Не так уж сильно мы и отличаемся друг от друга, – вставлял Тинбо.

— Да, только нас в десять лет ведут на площадь Отбора, и мы начинаем работать там, где скажут, а их – отправляют в школу, где учат, как управлять нами.

При этих разговорах у Тайрин вспыхивали щеки, и она всегда хотела убежать из комнаты, но оставалась и слушала. Бабушка, конечно, была права, но неведомая сила тянула ее к Лайпсу, и она не могла сопротивляться. Она мечтала однажды прочитать Лайпсу что-нибудь, как бы между прочим. Вот он удивится, этот необыкновенный Лайпс, который днем был почти мастером, почти хозяином мастерской и книжником, а вечерами гулял с ними по Риле и за стеной, держал ее за руку и смотрел так, что у Тайрин каждый раз пропадал голос, а заодно и все мысли в голове.

Каждую ночь Тайрин танцевала на лугу. Тинбо подбирал с земли пару первых попавшихся камешков, чтобы играть ей. Один раз Лайпс хотел будто бы в шутку отобрать их у него, но Тинбо не позволил. Они поборолись, но камешки остались у Тинбо. И Тайрин поняла, что Лайпс очень недоволен, хоть и делает вид, что это все игра.

А однажды случилась настоящая драка.

Они возвращались с работы, когда наткнулись на компанию книжников. Среди них был и Саро. Лайпс окликнул его, но тот не подошел, только махнул рукой: иди, мол, сюда.

— Я сейчас вернусь, – сказал Лайпс, перешел улицу и подошел к Саро и компании.

Тайрин, Тинбо, Мэтл, Аута и Бьёке остались ждать.

— Пойдемте, – сказала Бьёке, – нечего тут стоять, у него свои друзья.

— Перестань, Бьёке, – мягко возразил Тинбо. – Он сказал, что вернется. Нехорошо уходить.

— Ох! – вскрикнула Аута.

Лайпс врезал какому-то высокому тощему парню из книжников. Тот ответил. Началась драка. Тинбо, Мэтл и Саро бросились их разнимать, но растащили не сразу.

— Еще только попробуй! – кричал Лайпс, пока Тинбо и Саро уводили его подальше от книжников. Тощий парень ладонью вытирал разбитый нос, а красивая темноволосая девушка дала ему платок. И вдруг она с такой злобой глянула на Тайрин, что той захотелось сложить руки в знаке «доброго голубя», чтобы защититься от чужих недобрых мыслей.

— Что там случилось? Саро, кто это такие? Ты как?

Аута и Бьёке захлопотали вокруг Лайпса, но он смотрел только на Тайрин. По скуле разливался синяк.

— Так, ерунда. Будет теперь думать, прежде чем рот открыть.

Саро тоже смотрел на Тайрин, и она поняла, что драка случилась из-за нее, что тощий сказал что-то про нее, а Лайпс вступился. Но ее волновало другое.

— Кто та девушка? Темноволосая, в синем платье?

— А, это Челиса.

— Кто она такая?

— Ее отец бывший каесан, потом выбился в книжники.

— Как это? Разве так бывает? – спросила Бьёке и покосилась на Мэтла.

— Почему нет? – пожал плечами Лайпс. – Книжники – это ведь не народ. Это те, кто пробился. Отец Челисы очень богатый и купил себе права книжников.

— Бывают богатые не книжники? – приподняла брови Бьёке.

— Ну, встречаются. Ее отец водил торговые караваны через степи, вот и разбогател.