Книга Лита, страница 95 – Тамара Михеева

Лита с трудом представляла такое. Неужели Рал может позволить Айрус замерзнуть настолько, что та станет льдом? И почему это происходит только в горах, а у них, в лесу и в городе, – никогда? Вдруг Лита вспомнила Луру, одного из «тех, кто приходит по ночам», смешного и доброго старичка, который давал нелепые объяснения всему происходящему. Может, он и сейчас бы смог объяснить, почему Тимирер замораживает Айрус, а Рал ему не мешает?

— Не спишь? – тихонько окликнул ее Лангур.

Лита высунулась из-под шерстяного плаща. Оказывается, Лангур уже встал, собрал хвороста, разжег костерок и принес в кожаном мешке воды. Лита повернула голову: Харза спал, смешно приоткрыв рот. Лангур подал ей кружку с теплой водой.

— Согрейся.

Лита хотела сказать, что не замерзла, но не стала. Выпила воду, погладила Солке, чтобы скрыть смущение. Забота Лангура была непривычной, странной, необъяснимой. Дома о ней заботились мама, Диланта и Ойра, но чаще всего – она сама. Они делали это из любви. Во дворце о ней заботились слуги и Флон. Это была их служба, их долг. Почему это делает Лангур? «Он просто добрый, – сказала себе Лита. – Он добр ко всем людям, я тут ни при чем».

Здесь, в этих лесах, им почти не встречались люди. Один раз они разделили тропу с охотником из Тауры, что возвращался домой, в другой раз видели двух менял, что шли из Висы в Виглу. Лангур сказал, что в лесу множество троп и можно ходить от деревни к деревне, никого не встречая.

В лесном ручье плавали две оранжевые рыбки. Лита завороженно наблюдала за их быстрыми движениями, пока они не юркнули за камень. Лита умылась ледяной водой, сбросив сонливость, расплела косы и снова заплела, потуже.

Она вернулась к огню и увидела, что Харза уже проснулся – сидит, сонно таращится перед собой. Лангур посмотрел на Литу, улыбнулся и вдруг достал из своего мешка деревянный гребень.

— Возьми. Подумал, тебе пригодится, и захватил.

Гребень был сделан совсем недавно, он еще пах свежим деревом, хранил прикосновения мастера. Лита спрятала улыбку, Лангур смутился. Харза зевнул и рывком поднялся, ежась от холода.

— Сегодня, если ничего страшного не случится, мы придем в Вису, – сказал Лангур. – Это большая деревня, раза в два больше Тауры, и очень богатая. Их старейшина – довольно суровая женщина и запросто может нас прогнать. Но она дружит с нашей Таурой, будем надеяться, что ее записка поможет, – Лангур похлопал себя по карману, где хранил тряпицу с именем Тауры. – Если Виса примет наше предложение, если будет биться с урфами вместе с нами, то весь Лесной предел наверняка тоже.

— Да будет так, – пробормотала Лита. Она не представляла, как вести переговоры со старейшинами, и надеялась только на Лангура.

Но еще до полудня Харза вдруг сбился с шага, замер, навострил уши. Его куний слух уловил какое-то движение в лесных зарослях, он прошептал:

— Сойдите с тропы, – и, не дожидаясь Литы с Лангуром, юркнул в чащу.

Они замерли за кустами низкорослого аука и совсем скоро увидели небольшой отряд урфов. Каждый урф тащил по мешку – наверное, с едой, – а один вел на привязи молодую девушку на сносях. Она шла спотыкаясь и даже не плакала. Лита не успела подумать, что делает, как выпрямилась во весь рост, вскинула лук и с первого же выстрела убила этого урфа. Стрела вошла ему точно в висок.